Увидеть море

Вот и мои родители вступили в ряды новых «коммерсантов», закупая самодельный трикотаж у различных сельских кооперативов, и переплавляя его в Красноярск, где уже брат продавал его на знаменитом вещевом рынке КрасТЭЦ. Специализировались родители на «тельняшках с начёсом», которые пользовались хорошим спросом в условиях сурового сибирского климата.

Дела шли хорошо, и Дима предложил матери прикомандировать меня в Красноярск для помощи в торговле. Идея понравилась всем кроме отца. Он уже договорился о трёх месяцах электромонтажного рабства на стройке для меня, и не был склонен отменять приговор.

В результате конфронтация перешла в настоящий семейный конфликт. Дима выслал мне деньги на билет, но отец со своей стороны проявил непоколебимость и отказался спонсировать дорожные расходы.

Кого-то перспектива четырёхдневного путешествия поездом без копейки в кармане могла бы остановить, но точно не меня.

Ничтоже сумняшеса, я погрузился на поезд Кисловодск-Красноярск и понёсся навстречу приключениям.

Мой багаж состоял из пары свежих помидоров и огурцов, двух пластиковых бутылок с минеральной водой и булки серого хлеба. Для развлечений у меня была пара газет с кроссвордами и пачка сигарет «Пётр I», а для обороны нож-«бабочка».

Первые полдня есть мне практически не хотелось. Я лежал на верхней полке, разгадывал кроссворды или смотрел в окно на пролетающие мимо пейзажи российской глубинки. Мысли мои были заняты мечтами о том, как я скоро заработаю денег на крутой белый спортивный костюм, и на подарки для Светки.

Несмотря на экономию и физическое бездействие, мои продовольственные запасы пришли к концу уже на вторые сутки. Я, как утка из городского пруда, тоскливо пощипывал провонявший нагретым от солнца пластиком батон и запивал его тёплой выдохшейся минералкой.

На третьи сутки путешествия ночью я украл у соседей помидор, который они оставили на столе, накрыв газеткой.

Очень… очень вкусный помидор.

На четвёртые сутки выкурил последнюю сигарету, высыпал в рот крошки из пластикового пакета и запил последними глотками минералки.

Пустой желудок злобно урчал, поглощая сам себя. Жрущие соседи вызывали приступы раздражения и ненависти.

– А ты сынок, почему не обедаешь, и так худой смотри какой! – поинтересовалась сердобольная бабка-попутчица, подкладывая жареной курятины упитанной внучке.

– Да, что-то не хочется, – саркастически выдавил я, мрачно уткнувшись в кроссворд.