Орелинская сага. Книга вторая

Очень скоро всем стало известно и о выходке Тористина, и о том, что Великий Иглон скрывал смерть Тихтольна, о которой узнал первым. Это еще больше накалило страсти и заставило орелей с еще большим нетерпением ожидать появления Правителей.

Сторонники Тористина вели себя гневно и решительно. Их противники, поначалу державшиеся спокойней, тоже постепенно распалились, и рофины совершенно выбились из сил, усмиряя начинающиеся то тут, то там потасовки.

Но были на площади и такие орели, которые молча стояли перед дворцом, словно окруженные невидимой стеной.

Глядя на них, затихали даже самые непримиримые спорщики. Это были родственники тех, кто остался в Гнездовище и родители несчастных Тихтольна и Лоренхольда. Ничего не требуя и не примыкая ни к одной из сторон, они стояли неподвижно, глядя заплаканными глазами на окна дворца.

Донахтир видел их из своих покоев, и сердце его сжималось от жалости.

Что же сказать им? Какими словами убедить орелей в своей правоте?

«Только правдой, – решил Донахтир. – Расскажу им все! И про детей Дормата, и про Старика, и про предсказание…»

«Но сможешь ли ты рассказать им про тайный тоннель в Галерее Памяти?», – тут же спросил вкрадчивый внутренний голос.

«Нет, – ответил сам себе Донахтир, – про это я рассказать не смогу».

Вот в чем вся беда! Вот, что пугает и отнимает силы! Полуправда не сделает его слова убедительными, а правду он сказать не сможет…

Позади раздался шорох.

Донахтир обернулся и кивнул на приветствие Ольфана.

– Пора, Правитель, – тихо позвал бывший Иглон. – Твой народ собрался и ждет тебя.

Донахтир тяжело вздохнул. Час пробил.

Он пошел к дверям, но у самого выхода приостановился и посмотрел Ольфану в глаза.

– Скажи, дядя, ты со мной?

– Конечно, Донахтир.

Мог бы и не спрашивать.

– Что ж, по крайней мере, те, кого я люблю, не отвернулись от меня. Это вселяет надежду…

Он сделал еще один шаг к двери, и едва не был сбит с ног влетевшим Фартультихом – Иглоном Нижнего Города.

– Донахтир! – закричал тот, тяжело дыша. – Беда! Утром Тористину удалось уговорить стражей!… Они связали твоих саммов и улетели… За всеми хлопотами и разговорами никто этого не заметил..