6 ЛИТО

Говорят, у каждой – должен быть муж, чтобы врать ему,

в руках – платина, и бронза – в голосе.

Во Франции говорят: у тебя что, нет любовника?

(следует переводить: ты что, никого не любишь?)

Во Франции женщины челку стригут так ровно,

чтобы она равнялась с линией железных крыш.

Во Франции говорят: ври, пока есть о чем,

оставляй чаевые, гони на последние в Ниццу.

Они улыбаются, щурятся до морщин – и солнце тут

ни при чем,

просто им нравится чувствовать мышцы.

* * *

Имя твое впечаталось в губы

Фатально.

Шепчу его даже во сне —

В два удара по нёбу.

Сжимаю и пальцы, и зубы,

Чтобы не плакать.

Когда ты – навстречу,

Сердце ломает рёбра.

Но чувствую прочно:

Я не имею права

Врываться в твоё сознание.

В кожу. В график.

Как только признаюсь —

Ты подаришь мне барабан,

Чтобы я колонну возглавила

Идущих на фиг.

* * *

Вечера в театральных пабах.

Швыряю грог в больное горло,

Словно это люголь.

Французский мужчина

С манерами изящной фабулы

Для киноромана

Поправляет гольфы.

Мальчишка дышит руками,

Извлекая из мехов аккордеонных

Всю соль и сладость.

Я люблю тебя за ночь до встречи,

Потому что она-таки будет.

Такая радость:

Твоим «рядом» измучить зрачки

До потери билета на поезд.

Я не хочу уезжать,

К вечеру потеплело и снежило.

После

Французский бармен учтиво предложит

Все самолеты, маршрутки и корабли,

А я промолчу – мои губы свело восторгом

От мысли, что знаю цвет твоего шабли…

* * *

что в твоих руках такое, чего нет в других,

чему подчиняются пуговицы и рули,

чем ты таким ворочаешь в моей груди

черные несгораемые угли?

что в твоем взгляде, откуда искры летят,

и как мое сердце закрыто тобой в блокпост,

и как ты внутри меня поместилась вся

во весь человеческий рост?

что ты там делаешь, мне проще с ума сойти,

что все перепонки зажало между костями,

не иначе, как хочешь вон из меня уйти,

путь прокладывая локтями.

что ты сказала, или не было ничего,

почему мой врач не пришел за меня болеть,

под глазами протерлось розовое сукно,

а могло бы и заржаветь.

я не вижу полной картины, одни мазки,

все расстроено и разрушено, коротит,

просто приди, подуй на мои виски,

там уже горит.

* * *

а любовь оказалась не опухоль, но киста —

умереть от нее не решилась, лечить достало.