В мире событий и страстей

Было все то же, – дымило пожарище, стоял треск стрельбы, лежали трупы на мостовой.

Подъехал бэтээр. Притормозил у лежащего недалеко от баррикады солдатика. Распахнулась дверца. Парень в спецназовской амуниции спрыгнул на асфальт и нагнулся над солдатом. Попытался его поднять, но попятился назад, вскинул руку и повалился набок.

Человек в темной шапочке отодвинулся чуть подальше от окошка, с удивлением смотрел то на дома за сквером, то на лежащего у бэтээра спецназовца. Это куда же ему влепили? – думал он. Если только под самый шлем.

Надо же, собака! Ведь метров с восьмисот. И первой пулей. Вот уж доволен теперь. Тоже так хочу.

У дальнего угла Белого дома перекрестье прицела поймало круглую рожу под здоровенной, не по размеру, новенькой каске. Рожа моргала глазами и водила подбородком. Ну, что это? Неинтересно даже. Хоть бы кто-нибудь в шлеме. Все попрятались.

Он повернул винтовкой в сторону Белого дома. Медленно вел прицел по окнам четвертого этажа. Мелькнула женская голова, тут же пропала. Руки перебирали бумаги на столе.

Сложили стопкой и исчезли. Опять рука! Тянет что-то к себе. Ну, вот… Он успел поймать в прицел предплечье, чуть выше локтя и выстрелил.

Последний раз она набрала номер телефона, когда совсем рассвело. Два, пять, девять… Длинные гудки. Никого нет. Оглушительный разрыв за окном, потом ещё один.

Под окном пусто, а правее по обеим сторонам улицы большущие машины. И опять грохот разрыва.

Позвонила Леночка, закричала:

– Это у вас там! Даже здесь слышно. А что в «Останкино» было! Всю ночь!

Леночка такая эмоциональная.

Но Олега нет! А эти жуткие разрывы? Значит правда стреляют? А в кого? Это все-таки Москва! Здесь столько людей! Но если правда, что есть убитые? Как же все будет дальше? Как жизнь после всего этого сможет стать нормальной? У метро – люди. И машины идут по Пресненскому валу, как ни в чем не бывало. Может быть, кругом оцепление, и Олег не смог пройти. Что это за день такой! И скорее бы он закончился.

Она стала быстро собираться.

Искала платок в карманах белой куртки, поправляла волосы, взглянув в зеркало и достала из сумочки ключ. Зазвонил телефон. Леночка затараторила:

– Ой, все по телевизору показывают! Прямой эфир! Ой, что там делается!

Пощелкала переключателем, увидела на экране Дом Советов в черном, копотном дыму. Танки на мосту. Крайний вдруг дергается. И грохот сразу везде – и с экрана, и за окном. Голос комментаторши с сильным акцентом: «Там направо по тротуару ползет человек.