Время иллюзий

Он не устраивал открытых оперативок и уж тем более собраний коллектива, а только молча передавал «узкому кругу» или секретарю свои решения, из которых рождались конкретные планы и приказы.

Кадровую политику верхнего звена он определял сам в зависимости от прошлых заслуг претендентов и старых наработанных связей. В случае предоставления кому-либо большой значимой должности он считал необходимым получить немалую компенсацию либо в денежном выражении, либо перспективу участия в сооружении крупного проекта с бюджетным финансированием.

В случае, когда результаты не оправдывали его ожидания, он смело менял людей.

И посему среди руководящего персонала фирмы были известные люди: и бывшие госчиновники, и, конечно, множество родственников вышеназванных лиц.

Правда, надо отдать должное то ли его консервативности, то ли врожденной осторожности: все-таки новых лиц в фирме появлялось сравнительно не много.

Руководящий производственный персонал контролировался по результатам выпуска продукции и состоял из опытных производственных кадров, сформированных еще в бытность советской государственной системы.

На новые неосвоенные направления развития производства приглашались иностранные специалисты. Средств на этот участок он не жалел.

Исполнительный и вспомогательный персонал низшего звена был в руках Николая Константиновича и руководителей отделов.

И этот разношерстный коллектив, как и на любом предприятии, имел свои законы становления, самоутверждения и, как говориться, варился в своем собственном соку.

Появление нового сотрудника волей неволей вызывало определенную оценку, разговоры и повышенное внимание.

Внешность Всеволода и его сдержанность на людях оставляли приятное впечатление, но надо было точно знать, что можно было ждать от него. Его сотрудники не без интереса размышляли о возможном покровителе, чтобы понять и правильно поставить его в рамки имеющейся местной иерархии.

Завистники обращали внимание не только на новичков и часто ждали любой ошибки сослуживцев, чтобы заявить о своей более высокой квалификации и преданности.

И посему самые мельчайшие ошибки старались тотчас донести до руководства.

Альберт Иосифович ежедневно пребывал на фирме обычно не более 2–3 часов, смотрел сводки, общался выборочно с руководителями отделов. При этом собственного мнения никому не выказывал и отчетов никому не предоставлял.