Некуда бежать

Каждая надпись давала свою порцию теплоты – некоторые слова пылали жаром, другие – лишь немного разбавляли холод. Я продолжила свой путь, прижимая ладони к стенам. Вдруг одна из надписей обожгла кончики пальцев. Я одернула руку и пригляделась. Ничего не увидела. Пришлось, обжигая пальцы водить по гладкой поверхности, определяя неровности букв. Прочесть надпись я так и не смогла.

Я шла дальше. Но руки, запомнившие огонь непрочитанной строчки, отказывались что-либо воспринимать.

Вскоре показалась еще одна пещера, подобная той, в которой я успела померзнуть в начале своего пути по Лабиринтам слов.

Только стены этой пещеры быль сплошь испещрены непонятными знаками. Я оцепенела от холода и растерянности. Внезапно очень захотелось спать, и я уже была готова лечь на снежный пол, как песчинки в волосах дружно защебетали:

– Алиса, не сдавайся! Это Пещера равнодушия и ты должна его преодолеть! Ты должна определить надпись, которая растопит глыбу льда, закрывающую выход из пещеры, и выбраться наружу! Ты ведь пришла сюда, чтобы растопить его сердце!

Хотя я и не знала, зачем здесь очутилась, но раз у мечты моего далекого детства столько проблем – нужно его спасать!

Я с трудом разомкнула слипающиеся веки.

Опустила руки на стены – в таком диком холоде все знаки обжигали. В сердцах ударила ладонью по стене, что было силы. Своды пещеры задрожали, и часть пола рухнула вниз, обнажая пустоту. Я постаралась сосредоточиться. Руки все больше немели. Мне показалось, что один из символов дает больше тепла, чем остальные, – я с силой нажала на иероглиф.

На этот раз ледяной пол треснул прямо у моих ног – я едва успела ухватиться за свисающий с потолка сталактит. Сердце бешено колотилось. Пространство вокруг наполнялось пустотой и невозмутимой тишиной. На мгновение душу охватило равнодушие… Но только на мгновение. Еще через мгновение сердце почувствовало, где эти слова, открывающие выход… освобождающие вход…

Я, пытаясь не задумываться ни на секунду, зажмурив глаза, надавила на неясные очертания знаков.

И не услышала грохота, и тишина как будто бы стала наполняться живыми звуками. Глыба льда таяла, а песчинки в волосах, смеясь, хлопали в ладоши. На месте непонятных иероглифов появилась до боли знакомая надпись на родном языке: «Доверяй своему сердцу».

Я очнулась на траве около ручья. В нескольких метрах от меня сияла в лучах солнца полурастаявшая глыба льда и, превращаясь в воду, стекала в ручей. И я почувствовала жгучую, жгущую боль в кончиках пальцев.