Сорвавшийся экспресс

Он был больше похож на бандита, чем на проектного инженера. С первого дня он мне проходу не давал. Я отбивалась, как могла, но, однажды в марте, начальник решил подвезти меня домой. На улице шел мокрый снег. Мне показалось, что он отвезет меня сам на своей машине, тем более, что знал моего отца, но оказалось, что Рашид вез его после этого проклятого праздника, который называют женским. Он довез начальника домой, а потом сказал, что доставит и меня. Мне при директоре неудобно было отказывать, у нас и не принято перечить.

В общем, – Лейла тяжело выдохнула и набрала воздуха вновь, утирая слезу, – он завез меня в темный переулок возле кирпичного завода, что от моего дома всего в четырех кварталах, и… изнасиловал, – девушка закрыла лицо руками.

Ее плечи вздрагивали от молчаливых рыданий.

С минуту Сергей сидел и молчал. Затем он присел рядом на кровать.

Лейла шмыгнула носом и утерла ладонями свои слезы, размазывая тушь по щекам.

– Сказать об этом отцу я не могла, он убил бы этого козла, а мой позор все равно лег бы на всю семью.

И я промолчала. Рашид потом шантажировал меня этим, – я уступала, пока не забеременела. Тогда этот ублюдок посоветовал мне сделать аборт. Мне пришлось рассказать обо всем матери. Она все устроила, но сказала, что лучше уехать в Таганрог к тетке, иначе жизни в городе спокойной не ждать. Вот так я здесь и оказалась. А потом, – девушка посмотрела на Сергея, – потом ты.

Лейла улыбнулась.

– Я встретила тебя.

– Я тебя люблю, Лейла, – прошептал Сергей. – Но очень хочу, чтобы эта тема больше никогда не возникала между нами.

Слышишь!? Никогда!

– Обещаю, – прошептала Лейла, прижимаясь головой к его груди.

– Я все сделаю, чтобы ты не пожалела о том, что вышла за меня.

– Спасибо тебе, – Лейла посмотрела на его волевой подбородок.

– Больше тебе нечего сказать? – спросил Сергей.

– Нет, – твердо ответила девушка.

– Хорошо. А насчет того, что у нас не будет детей, – так это мы еще поглядим. – Сергей улыбнулся. – Я самой сильной породы, есть, что предложить Природе.

– Да уж, – улыбнулась Лейла, отстраняясь от него, – хвастунишка.

– Значит, ему ты смогла все рассказать, а мне нет, – голос Гаджи вибрировал, выдавая волнение.

Было далеко за полночь, но Людмила не хотела прекращать разговор. Ей хотелось выговориться.

Сергей давно спал и ничего не слышал, да и подслушивать не было у него в привычке.

– Ах, Гаджи! Оставь это, – почти устало произнесла она. – Потом родился первенец.