Госпожа губернатор. Книжка-открытка

Второй день мэр безрезультатно ждал вестей от нового руководителя завода Максима Глыбы. Но Кирилл Спичка, словно сквозь землю провалился. На настойчивые звонки не отвечал, на работе сказался больным и вот уже несколько дней не показывался. Оставалось проверить последнее место, где мог отсиживаться трусливый подлец.

Длительное ожидание Александра Ивановича увенчалось успехом: в коридоре послышалась возня, злобное бормотание, и через секунду двое лысых, обезображенных шрамами качков, втащили в комнату Кирилла.

Швырнули нелегкую ношу на мягкий, пушистый ковер под ноги хозяина.

Директор завода скрючился в жалкий комок и трясся мелкой дрожью.

Косолапов смерил испуганного мужчину грозным взглядом, свел густые брови на переносице и пророкотал:

– Что, гнида подзаборная, слинять решил? Прячешься, падла позорная? Совсем своего благодетеля забыл?

Мэр презрительно поднял носком ноги – колонны подбородок Спички. Маленькие тусклые глазки Кирилла забегали, налились слезами.

– Я, я, Вы, Александр Иванович, мы так не договаривались! Как так! Снежную прямо на моих глазах чуть – чуть не расплющило! – Просипел директор и завыл, закатался по полу.

На него было страшно смотреть: губы кривились и бормотали бессмысленные фразы, глаза нервно моргали, все тело дергалось, кривилось, извивалось.

Косолапов брезгливо поморщился и прогудел:

– Цыц, скотина! Не тебе судить, какими способами мне расправляться с врагами. Ну, перестарались чуток парни. Ничего. Давно нужно припугнуть эту наглую, зарвавшуюся бабенку.

А ты, падла, уже забыл, как я от тюрьмы спас, когда ты проворовался по крупному у бывшего работодателя? Я тебя на крючок насадил – не сорвешься. Будешь исполнять все, что скажу. Зря, что ли ты в доверие к Глыбе втирался так долго и упорно?

Одутловатое лицо хозяина побагровело и по цвету напоминало перезревший помидор.

– Давай уже обрадуй меня: сильно Снежная испугалась? Небось, поджилки затряслись, как у тебя сейчас?

– И-и – ссспугалась, конечно.

Но быстро справилась с собой. Виду не подала. Смелая баба. Если бы не проворный охранник, глава вообще уже была бы на том свете. За что мне это? За что? – Проблеял Спичка и снова завыл.

Александр Иванович поморщился, покривил огромный, будто размазанный рот:

– Если бы эта баба кони двинула, никто плакать не стал. Одной гнидой меньше – легче дышать. Революцию она решила устроить, свои феминистские наклонности демонстрирует.