Поворот ключа. Сборник рассказов

 – Я же не собиралась танцевать.

Алексей мгновение молчит, неопределенно пожимает плечами и спрашивает Алину:

– А если б я предложил потанцевать, что ты бы ответила?

– Сейчас не знаю. Может, отказала. Я не люблю танцевать.

– Странно… Для девушки.

– Ну а разве это танцы?

– Согласен.

Кажется, они боятся сболтнуть лишнего, опасаются сделать неверный шаг и разрушить затянувшуюся неопределенность.

– А что ты делал на дискотеке? – спрашивает Алина.

– В том-то и дело, что ничего.

– Маялся от безделья?

– Нет, не совсем.

Так, случайно зашел. А вообще мне интереснее побродить ночью по городу. Знаешь, такое увлекательное время – ночь. Огни мелькают. Прохожие. Машины. Мне нравится. Что-то есть в этом… М-м… таинственное.

– Не боишься?

– Нет. Боюсь совсем другого.

– Чего?

– Ну, это так, бред один. Безудержная фантазия воспаленного мозга. Стоит ли говорить?

– Нет уж, раззадорил – рассказывай.

– Лезут в голову разные мысли, пока шляешься. Ну, например. Вот скрылось солнце, а люди продолжают жить.

Настает утро, но светило не спешит подняться над горизонтом, на самом деле оно не взойдет никогда, и люди, потерявшие солнце, ничего не замечают. Они так погружены в свой маленький мирок, в свои заботы…

– Ну, это, действительно, страх и только. Дурные мысли. Каждое утро солнце всходит.

Официант принес заказ и вновь удалился.

Девушка отпила кофе.

– Все же ответь более определенно. Ты подошел ко мне на дискотеке, почему?

– Ты мне понравилась.

– Да? А рядом ведь стояли и другие девчонки, ты разве не заметил?

– Я понял намек.

Хочешь, развею сомнения?

– Валяй.

– Ответь мне на вопрос, но только хорошо подумай. Что такое красота?

– Есть у меня старшая сестра. Вот она, я думаю, эталон красоты. А что красота вообще я, конечно, понимаю, но сказать словами не могу.

– Вот, – растягивая слово, произносит юноша.

– Что? В смысле? – Девушка пытается отыскать ответ в глазах Алексея. – То есть я забила себе голову всякой чепухой?

– Да.

Ты не смогла дать определения и вспомнила свою сестру и сказала о ней, как об эталоне красоты, так?

– Ну…

– В этом случае ты приговорила ее, красоту, к расстрелу. Порой мне кажется, что люди сошли с ума. Они мерят красоту линейкой. Девяносто на шестьдесят на девяносто и определенный тип лица – вот это хорошо, но когда выбранные таким образом девушки собираются вместе, это полная безликость.

– Тебе бы книги писать.

– Думаешь? Лучше просто говорить.