Из глубины души моей

Я на любовь подсел, как на иглу

Я на любовь подсел, как на иглу,

И, душу обнажая вечер каждый,

До бешенства, до призраков в углу

Я дозы жду, я наслажденья жажду…

Еще чуть-чуть и ломки подойдут,

Всю сущность исковеркают напасти…

И в нетерпеньи туго-туго жгут

Кладу на чувства, стягиваю страсти…

Ширнусь. Улет. И вот я вне Земли.

Приход, и кайф, и больше нет стремлений…

Убей меня! Распни! Сотри! Сомни!

Но я любим! Герой! И даже Гений!

Лечу сквозь свет и падаю во мглу,

Запоем пью, но мучаюсь от жажды…

Я на любовь подсел, как на иглу

После того, как встретил Вас однажды!.

Лепестки осыпались с встревоженных вишен

Лепестки осыпались с встревоженных вишен,

Опускаясь несмело в объятья травы,

И, казалось, бежишь по заснеженным крышам

Через улицы, площади, через дворы…

Просто время сместилось, ломая соцветья,

И роняя цветы, осыпая пыльцу,

Словно калейдоскоп перепутал столетья,

Все что будет и было, смешав по кольцу

Здесь пространство и время сплелись воедино,

Здесь мечта, не родившись, предстала быльем.

Здесь враги и друзья осушают братину,

Памятуя о всех, но звоня о своем

И бокал наполняя, льем горечь хмельную,

И бросая себя, убегаем в тот мир,

В непонятное время, в эпоху шальную,

В без мелодии песню, в запредельный клавир

Мы отраву глотаем, становимся тенью

Мы становимся данью, неведомо чем…

Лепестки опадают, несутся каменья

Неизвестно куда, неизвестно зачем…

Пусть за спиной другая жизнь, другие люди…

Рано или поздно, под старость или в расцвете лет, Несбывшееся зовет нас, и мы оглядываемся, стараясь

понять, откуда прилетел зов.

    А. Грин

Г. А.

Пусть за спиной другая жизнь, другие люди,

Года другие промелькнули словно птицы.

Меня поймут, а раз поймут, то не осудят

За сумасшедшее желанье возвратиться

За сумасшедшее желанье обернуться,

И вновь войти в давно промчавшиеся воды,

Чтобы вернуть, а может быть вернуться

В те подзабытые чарующие годы

Что не далось, в туман ушло, что потерялось,

Что годы скрыли, затаили, там хранится…

Не нужно лишнего, верните, что осталось

Во что я верил, что любил, что там таится.