Антипостмодерн, или Путь к славе одного писателя

Но мать и Инна, похоже, не замечали успехов Соловьёва в покорении мира литературы. И ребёнку, прочитавшему первую в жизни большую книжку, было обидно равнодушие близких. Только Маша сказала Соловьёву:

– Может, мне тоже прочитать «Приключения Травки». Я вижу, тебе понравилось: ходишь весь счастливый.

Но Соловьёву не хотелось говорить родной сестре, как ему понравилась книга и как быстро он её прочитал. Вот Инна – это другое дело; ей Соловьёв поспешил рассказать:

– А я прочитал одну книгу. Интересно, между прочим.

– Прочитай вторую, – только и ответила Инна.

Соловьёв ждал, конечно, несколько другой реакции от двоюродной сестры, но советом её он поспешил воспользоваться. Вторая книга была начата. Книга эта была менее объёмной, чем «Приключения Травки», но, несмотря на это, читал её Соловьёв значительно дольше. Возможно, Соловьёв вообще не дочитал бы её, если б ему не казалось, что эта книга является антиподом «Земленыра», так понравившегося Маше. Теперь, когда Соловьёв сидел перед печкой с книгой в руке, он больше смотрел на огонь, чем в книжку.

Да и вообще Соловьёву требовалось сделать волевое усилие, чтобы вернуться к чтению, впрочем, в отсутствии воли Соловьёва никогда нельзя было обвинить. При этом вид у него был, должно быть, какой-то не такой, иначе как объяснить то, что мать ему как-то сказала:

– Что это ты там читаешь? Вид у тебя какой-то напряжённый.

Соловьёв показал матери, что он читает. Та не стала высказывать своего мнения по поводу книги, только спросила:

– Интересно?

Соловьёв сказал, что да, интересно, хотя самому хотелось, чтобы поскорее настало время обедать, чтобы появилась уважительная причина бросить читать скучную книгу.

По вечерам вся семья собиралась на кухне за столом и читала. Соловьёв тоже читал. И иногда он зачитывал вслух те моменты, которые, как казалось ему, были наиболее удачными. Например, если было написано, что такой-то зверь живёт там-то, Соловьёв говорил своим родным:

– Оказывается, такой-то зверь живёт там-то.

А я думал, что он живёт только там-то.

Таким образом Соловьёв хотел подчеркнуть, что книга, выбранная им в библиотеке, весьма познавательна, а значит, читает он её не зря.

Инна как-то заметила:

– Такие книги, как мне кажется, стоит читать в более позднем возрасте. Тебе интересно? Взял бы лучше Успенского. Помню, мне очень нравились «Гарантийные человечки». Ну или «Простоквашино». Тебе должно понравиться.

– Мне и эта нравится, – поспешил заверить Соловьёв.