Интербригада

И все-таки – для чего еще может быть стеклоочиститель? Для мытья посуды? Какие идиоты делают рекламу! Но идиотизм производителей меркнет в сравнении с идиотизмом покупателей, отупевших от прелестей общества потребления. Помню рекламу Zanussi. «Вода закипает при ста градусах. Доказано Цельсием». Я рвал и метал. Приставал ко всем подряд. В том числе к надменным выпускникам технических вузов. Есть у меня и такие знакомые. Они никогда не объявили бы атом маленьким железным шариком. А вода от Zanussi их не смущала.

– Вода закипает тогда, когда закипает, – орал я.

 – Она закипает тогда, когда ей захочется. А Цельсий всего лишь придумал, что это будет сто градусов. По Реомюру вода закипает в восемьдесят. Жизнь вообще сложная штука. Доказано мною.

– Ты чего разорался? – удивлялись знакомые из технических вузов. – Давай-ка лучше освежись, у тебя налито. Коньячок сегодня пьется – просто зашибись.

Как прикажете жить в этом мире? Мне, тоскливому аналитику.

Мы приехали. Выбрались на поверхность и встали в условленном месте.

Никого. Десять минут. Пятнадцать. Чей-то взгляд – нет, уже чьи-то взгляды – пронзали меня насквозь. Во всех направлениях. Даже Настя занервничала. Прижала сумочку к груди, а сама прижалась ко мне. Как котенок.

У ларька стоит кавказец и жует пирожок. Смотрит в нашу сторону. На нас?

Еще один – у «Роспечати». Что ему делать у «Роспечати?» В кожаной куртке и со лбом в два пальца. Третий. Четвертый. Идут к нам. А где Гурген? Пропал он в самом деле или не пропал? Жив он или нет?

Я успел подумать, что и холодный пот – не фигура речи.

– Видишь отстойщиков? – сказал я Насте. – Иди к ним, садись в машину и уезжай.

– Я с тобой, – отрезала Настя. Декабристка хренова.

– У тебя деньги. Иди.

Она пошла. Это еще что такое? За нашими кавказцами тоже следят. Я заметил бритоголовых. В точно таких же кожаных куртках. С точно такими же лбами в два пальца.

Между Настей и машиной выросли двое кавказцев. Давай, детка…

Самое ужасное, что я абсолютно не знал, что именно моя детка должна давать.

Отдать бабки и уносить ноги? Разумно. Так ведь мы и приехали, чтобы отдать бабки. В чем подвох? С чьей стороны?

Настя полезла в сумочку. Отдает деньги? Не угадал. Она выбросила вперед руку – кавказец схватился за лицо и сел на корточки. Второй стоял раскрыв рот, пока его не вырубил один из бритоголовых.

Я рванул к Насте, которая – по примеру незадачливого кавказца – стояла раскрыв рот. Я схватил ее за руку, и мы побежали, не оглядываясь.