Комната одиночества

Среди ночи меня разбудил стук. Я поначалу не понял, кто это стучит и где, но когда стук повторился, понял, что стучат в квартиру. Сразу подумал, что пришли за мной, чтобы отвезти на гауптвахту. Я поднялся, надел форму, собрал кое-что из предметов туалета и пошел к двери.

Открыл, но вместо ожидаемого наряда патруля увидел в хлам пьяного грузина.

– Гыдэ Важа?

– Нет его, – сказал я и попытался закрыть дверь. Но гость навалился плечом и втиснулся в прихожую.

– Гыдэ Важа, мой брат?

– Нет его, в селение уехал!

– Нэт, мой брат здесь!

И пошел бродить по комнатам, да еще пытался песни петь.

Я не знал, что делать. Этот трехметровый грузин мог сделать со мной все, что хотел, я жался по углам и ждал, когда он утащится из квартиры. Но посетителю, видимо, понравилось, он сел на Важину кровать и начал со мной разговаривать по-грузински. Я послушал его несколько минут, и говорю, как мне показалось, к месту:

– Ара! – что значит «нет».

Грузин поднимает на меня свои красные глаза и с ужасом смотрит, потом поднимается и начинает на меня надвигаться.

Я понял, что он меня или прибьет, или изнасилует. Но грузин похлопал меня по плечу и сказал:

– Малчык! – потом вышел из квартиры.

Я закрыл дверь, лег на кровать и быстро заснул. У меня хорошие нервы.

Позже я рассказал Важе о посещении брата, на что хозяин ответил:

– Зачем впускал? Это пьяница, нехороший человек, не пускай!

Это было по возвращении Важи из селения, а тогда, наутро, я не пошел в часть, подумал, что если я нужен кому-нибудь для посадки на гауптвахту, разыщут.

Надел форму и поехал в госпиталь.

5

Сколько пересудов в маленьком городке! Неужели во всех маленьких городках много сплетен? Это, наверное, оттого, что так жить интереснее – рассказы будоражат воображение.

В госпитале, во время обеденного перерыва, подсел ко мне замначальника по МТО. Потертый такой, старый, очередное звание он уже перехаживал лет пять или восемь. Но из госпиталя этот старлей никуда не собирался переводиться. И вообще я понял, что в Поти остаются служить те, кто приспособился к местным условиям.

Прекрасно помню разговор со случайным попутчиком в такси. Пока мы проехали пару километров, он мне выдал такую теорию:

– Понимаешь, в России ночью привезешь себе, например, машину кирпича, утром уже приходит милиция. А тут хоть дом привези, даже среди бела дня, никому ни до чего дела нет.

– А если милиция случайно увидит, и подойдут товарищи разбираться? – вставил я тому своему попутчику.