Голубая дымка былого. Поэтическая подборка

Во всём будут мир да согласие —

Согласно «Космическим правилам», —

В цветущей стране благоденствия,

Где каждый мудрей будет внутренне,

Греховным делам не подверженный,

О ближнем радеть и любить его

Сочтёт за свою он обязанность…

Да будет блажен тот, кто верует!

О МИШКЕ ЯПОНЧИКЕ СЛОВО ЗАМОЛВЛЮ

Двадцатый век. Начало. Смута, смерть, разруха,

И беспредел повсюду шлёт своих гонцов.

На волю выпорхнули – надо ж, вот везуха, —

Из клеток царских стаи «керенских птенцов».

Средь них был Мойше-Яков Вольфович, налётчик,

С фамильей – Винницкий, большой оригинал.

По полицейским сводкам шёл он как Япончик.

Он не крошил батон, к тому ж пургу не гнал.

Откат от «вышки» по прикиду без отключки,

Гоп-стоп – оттянутый отстой на вираже,

Он всем пижонам, без халявы, делал ручки,

Но без напряга, провансаль блин, бланманже.

Для урканов с одесской, правильной малины

Он был «наставник и отцовский поводЫрь»,

К тому ж, для полной завершающей картины,

Был Аль Капоне против Мишки сущий хмырь.

Поставил нА уши он всю Одессу-маму,

Стеною шла тогда Пересыпь на Фонтан,

А Лонжерон пророчил Молдаванке драму,

И брал на понт всех фрайеров большой кичман.

Овёс не сыпал, керосин на штукатурку

Не лил, не гнул камыш и брёвна не катил,

И порожняк не гнал, спроси любого урку,

Он всем «стрелу забить»*, в натуре, предложил…

И можно было в подворотне ночкой тёмной

В те дни лихие, когда шёл крутой разбор,

Услышать, в общем, совершенно неподъёмный

Такой, примерно, джентльментский разговор:

«Ах, здрасьте вам, мадам! Я дико извиняюсь!.

«Пардон! Вы что-то там имели мне сказать?»

«Начто вам гАмбель** тот? Браслетик ваш, признАюсь,

Мне по-душе! Прошу комод вас не ломать!»

«Зачем мне «голову беременную делать? «***!

Ты что-то вЯкнул там, дешёвка? Дай откат!

В менЕ шевелится всё! Если знаешь бегать,

Беги, сучок, туда, куда глаза глядят.

Подумать можно, что менЕ вы напугали!

Вы начинаете мне нравиться****, месье!

Вот всё расскажет Циля***** Мишке, чтоб вы знали,

Отправит рвать ботву вас к Дюку Ришелье».

«Слуга покорный ваш, мадам! Вас умоляю!

Откуда ж знать, что вам Япончик – протежЕ!

Ах, извините! Всё, мон шер! Я испаряюсь!»

«Давно бы так! Адьё! Моё вам «силь ву пле»!..