Расправа. Роман в трёх частях

И не без того, влюблялся, конечно, много раз, но вовремя подавлял свои чувства, на ответственной работе нельзя было расслабляться… Про свой санаторный роман, он как будто уже забыл…

Бобров ехал в город в служебной машине и думал о том, как бы пригласить Анну в гости? Дома уже давно не собирались родственники и друзья. Прошло три года как они с Галиной развелись. Бобров вспомнил, как она ему выговаривала, что он её бросает из-за другой женщины, что он давно имел любовницу, а именно с того времени, как дочери отучились, обрели самостоятельность.

Теперь ей не за кем было присматривать, поэтому ему она больше не нужна. Хотя почти это же самое от бывшей жены он слышал и раньше. Однако на нервные выпады Галины Егоровны Николай Сергеевич всегда отмалчивался, оправдываться перед падшей женщиной он не имел никаких оснований. Собственно, по существу, не в чем было оправдываться. Но если она, не переставая, сыпала огульные обвинения, только в этом случае он терял терпение и резким окриком просил её замолчать, в противном случае готов был вышвырнуть её на улицу…

Потом был нудный развод без его участия.

Галина ушла, пережив целую драму, чуть было не покончила с собой. А он даже в больницу к ней не соизволил прийти, так всё донельзя надоело, выело душу. Но всё, наконец, закончилось, пьяный дурман из квартиры выветрился. Казалось, время шло бесконечно, долгие месяцы одиночества, он чувствовал, что ещё был полон сил, чтобы всё начать сначала. Однако в квартире томился, как монах в келье, потому что по-прежнему испытывал непреоборимое желание иметь рядом любимую женщину. Ведь в Галине он рано разочаровался, теперь нечего было в памяти ворошить всё, что связывало их долгие годы и доискиваться, почему так произошло, что они уже не могли оставаться вместе? Просто он не испытывал желания копаться в старом белье, так как издавна приучил себя к твёрдым, непоколебимым помыслам, а расслабляться по пустякам удел слабаков, безвольных людей. И всегда смотрел на женщину, как на существо бытового пользования, способное создать и поддерживать для него уютную обстановку с максимумом удобств. Он понимал, что так обращаться с женщиной для настоящего мужчины непристойно, но со своей жестокой натурою совладать не мог. К тому же вдобавок он не умел выражать открыто свои чувства, а если когда пробовал, то испытывал неимоверное стеснение. Почему же раньше об этом он не думал? И теперь многие прописные истины открывал для себя как бы заново.