На краю обрыва…

Не ругала она сына, что не сдержал себя в армии, и за внука не ругала. Что сделано, то сделано. Но боль оттого, что сын сам испортил себе жизнь, мучила мать. И сейчас она, лишь тяжело вздыхая, стояла у двери.

Опустошённый и уставший, Сашка откинулся на спину. Он постоянно думал о Галке, но вот так, чтобы чувство реальности, словно она рядом, и всё произошедшее дальше… Такого никогда не случалось. И в эту минуту он понял, что Пашка ему уже не помеха. Он не сможет и дальше терпеть, видя, как Галка улыбается его другу, осознавая, что Павел, а не он, разделяет с любимой ложе.

Нет, он переступит через дружбу. Он хочет жену друга, и он её получит.

А Галка, накормив и уложив дочь в старенькую колыбельку, в которой ещё и самого Пашку качали, легла рядом с мужем и, прижавшись к нему, тихо спросила:

– Ты меня любишь?

– Ты ешшо спрашиваш? – шепнул он на ушко любимой и нежно провёл рукой по груди, опустившись к животу.

– Нет, – остановила его Галка, – ещё рано.

Надо немного подождать.

– Сколько?

– Не знаю, наверно с неделю.

– Хорошо. Я терпеливый. Ты же знаешь.

– Знаю, – ответила Галка, вспомнив Сашку и его жену. – Поэтому я и вышла за тебя замуж, – она повернулась спиной к Павлу, и он крепко прижал её к себе. – Эй, эй, – провела рукой между собой и вспыхнувшим, как огонь мужем. – Ты чего?

– Да не бойси, я потерплю, – поцеловав в ушко, прошептал он. – Так только прижмуси к тебе, и всё.

– Смотри у меня, – шутливо сказала Галка.

Павел ещё крепче обнял её. И тут странное чувство появилось у женщины. Ей показалось, что рядом не муж, не его руки, не его тело, даже не его запах. Она резко обернулась и увидала лицо Сашки. Испуг заставил вскрикнуть и оттолкнуть от себя мужчину.

– Ты чёго? – спросил Павел.

– Ничего, – наваждение исчезло. – Иди лучше сегодня спать в горницу.

– Трусишка, ты моя, – нежно поцеловав жену, Павел, взял подушку и вышел из спальни.

Немного посидев на кровати, вспоминая видение, Галина медленно легла.

Обняв подушку, прикрыла глаза, но чувство присутствия мужчины не ушло. Он находился рядом. Ласкал грудь, сжимая, чуть причиняя боль. Потом чувство прикосновения языком к соску заставило её тихо застонать. Она не хотела открывать глаза, не хотела, чтобы видение исчезло и, откинувшись на спину, отдала своё тело ему – тому, кто лежал на своей кровати в другом доме. Но он находился и тут.