История одной жизни. От денег к счастью

Это был довольно симпатичный молодой человек высокого роста, смуглый и светловолосый с большими серыми глазами. Немного худощав, что ничуть не портило его, а наоборот, украшало. Необычайно быстро и ловко он записывал в свой маленький блокнотик всё, что говорила ему Нала. Он буквально ловил каждое её слово, будто уже заранее зная, что именно его она сейчас произнесёт. Создавалось впечатление, будто этот юноша одарён редкой способностью угадывать человеческие желания. Мне казалось, что сейчас, сидя здесь, я наблюдаю одно из таинств общения двух людей, которое так тщательно скрыто от них самих, и только мне одной посчастливилось заметить его.

Это необычайно завораживало меня, вызывая трепет во всём теле.

Оказывается, мы так многого в себе не замечаем, хотя это многое постоянно среди нас. Достаточно просто присмотреться. Взглянуть на всё иначе.

– И, будьте добры, принесите мне ещё стакан апельсинового сока. Мила, вы хотите? – прервала мои мысли Нала.

– Конечно, только вишнёвого. – ответила я.

Голос Налы вернул меня в реальность.

И то прекрасное ощущение чего-то невероятного, что приводило меня в восторг минуту назад, исчезло, и теперь казалось лишь игрой воображения. Официант удалился, пообещав, что всё подадут через несколько минут.

– Спасибо, что сделали заказ, Нала.

– Мне это совсем не трудно.

– Вы часто здесь бываете? – поинтересовалась я.

– Нет. Впервые.

– Возможно, это прозвучит немного странно, но мне показалось, что этот официант вас знает.

Она внимательно на меня посмотрела, достала из пачки тонкую сигарету и прикурила.

– С чего вы это взяли? – спросила она, выпуская дым.

– Он как-будто заранее знал все, что вы будите заказывать. Словно вы здесь не впервые, – заметила я. – Хотя, наверное, я просто перетрудилась и для меня теперь всё выглядит подозрительным. В конце концов, это же его работа.

– Ничего страшного, – снисходительно улыбнулась Нала. – Иной раз жизнь выписывает такие пируэты, и так сильно «бьёт тебя по голове», что волей неволей становишься не просто подозрительным, а совершеннейшим параноиком.

И всё утрачивает всякий интерес, превращаясь в вечный комок страхов да опасений.

– Как проникновенно вы сказали, – отметила я, – будто знакомы с этим не понаслышке.

Взгляд женщины стал грустным и унылым.

– Так и есть.

– Вас что-то угнетает? – не могла не спросить я.

Она сделала глубокую затяжку, затем снова и снова. Видно было, что ей тяжело от того, что твориться в душе, в жизни.