Доля мастера

Конечно, последнюю возможность особенно нельзя сбрасывать со счетов – близость к власти и не таких ломала – но были точными словесные портреты, что давала звездочея людям и событиям, обещанное сбывалось…

Впрочем, учил её и рекомендовал как смену свою не кто-нибудь – сам мэтр Берегер… так что мало в том заслуги этой… этой. А то мы не знаем, как иные знания передаются – и усваиваются?

– Не вы ли ещё совсем недавно уверяли меня, что всё зависит от собственной воли человека, что нет ничего предопределённого, а есть лишь набор вероятностей, из которых следует выбирать наиболее в данной ситуации подходящую? – королева милостиво улыбалась Софии всё ещё сочными губами, однако левое веко слегка подёргивалось при том.

София не обратила на сей несомненно тревожный признак никакого внимания – куда важнее объяснить уверенной в своей правоте владычице, что в конечном итоге жизнь оказывается важнее любой политики. Что вся политика сгинет бесследно, если не замечать тихого голоса жизни.

София неслышно, но в полную грудь вдохнула и склонилась в глубоком реверансе:

– Ваше величество, как и всегда, прекрасно всё помнит и верно понимает.

Однако приведённый довод верен для личного звёздного расклада, да и то не во всякой ситуации. Когда же речь идёт о столь важном деле, как рождение наследника престола, в игру вступают иные силы, и воли одного человека, сколь бы могущественным властителем он ни был, оказывается недостаточно.

Только династическая гордость и суровая дворцовая закалка не позволили Елизавете размахнуться и ударить по бледным щекам собеседницы так, чтобы заполыхали на них алые пятна унижения – такого, которое переживала сейчас сама правительница.

Её дочь – и неспособна родить наследника! За три года супружества – три девочки! Такого в семье Остенштерн не бывало ещё, всегда дочери нашей семьи исполняли перед супругами первейший женский долг… Кроме, разве незабвенной принцессы Изабеллы – но она и не снесла позора, кровью смыла его с семьи…

Императрица сошла с посыпанной песком дорожки, залюбовавшись до невозможности прелестными цветами вишнёвого дерева.

Притянула ветку к себе, медленно оборвала с ближайшего цветка лепестки, с другого… погибшими бабочками опустились они к подолу её утреннего платья.

– Наша дочь воспитана в лучших традициях рода – полном и беспрекословном подчинении своему предназначению. Она обязана подарить своему венценосному супругу наследника, и неважно, какой ценой, София.