Жемчужница и песчинка

Портьеры дрогнули слегка:

То призрак вышел из гостиной,

Забрав свой меч. Тогда картинно

Взяла бокал с доски каминной

Прекрасно – бледная рука.

…Вотще заботливые духи

В тревоге сервируют стол:

Милорд на ужин не пришел.

Вотще невидимые руки

Бодрят постели томный шелк;

Напрасны тихих песен звуки;

Мы в горе к утешенью глухи.

Милорд и в спальню не пришел.

И привидение сердито

По галерее пролетев,

На духах выместило гнев:

Рассеялась нагая свита,

Огромных башен не задев.

Когда же лунный месяц минул, —

В Восточной башне, у стены,

Жил новый призрак. Щит луны

Блистал над зябнущим камином,

Не покидая вышины.

Здесь мира нет – и нет войны.

…Когда с подножья, от деревни,

Звучит двенадцатый удар, —

Обряд поддерживая древний,

Два короля, и юн, и стар,

Вия пурпурных мантий стяги,

Презрев неверный, бренный мир,

Сближают кубки темной влаги,

Безмолвный начиная пир.

Летняя бессонница

Ах, лучше никогда, чем поздно!

К чему теперь ты мне, бедняк?

Зачем июнь, медвяный, росный?

Зачем свободных два – три дня?

Зачем мне в двадцать лет игрушки,

А в тридцать – юные пажи?

А в сорок – золото не нужно,

А дальше – хоть бы и не жить.

И запоздалые награды

Я не желаю примерять,

И людям на смех мне не надо

Смотреться ягодой опять.

Скажи, давно ль ты стал философ?

По – моему, не так давно…

Вот миражи видений пёстрых,

Концептуальное кино;

Звон комариный и астральный,

Пульс фигуральный у висков…

Легко хвалить жару Австралий,

Июнь прожить не так легко.

Сегодня всё мне мнится странным:

Свеча мерцает и двоит,

Молчанье кажется обманом,

Дымится пепел, ядовит;

Свисает тень, склонившись низко,

Устало не сходя с поста.

Арабской вязью стал английский,

Арабской вязью русский стал.

Тьмой фиолетовой с востока

Влечется ночь на свой закат.

Подходит сон, изящный, строгий, —

И мимо вновь, наверняка!

Зарю пропев, умолкло сердце.

Остыл изысканный мундштук.

И как пророк над иноверцем,

Воздвигся неба полукруг.

Простерлась Эос – невозбранно

Уестествляемой Лилит…

Болит поверхностная рана,

Глубокая – не так болит.

The Squirrel and the Eagle

A ballad.