Мысли

В Чернобыле саркофаг строил…

– А у парня что, язва?

– Точно. Есть почти ничего нельзя. Кроме того, он…

– Импотент?

– Точно… А ты откуда знаешь?

– А ты откуда?

Катя поперхнулась пирожным, закашлялась. Хотела вскочить, но Денис, положив ладонь ей на колено, остановил ее:

– Не придавай значения моим словам… Я просто предположил, что его папаша нахапал в зоне «звонящих» радиоактивных вещичек. Ну, там, магнитофонов, мясорубок, шмоток, может быть машину и привез сюда, дав на лапу дезинфекторам.

– Да, у них «Волга». Черная. Вон на улице стоит.

– Не советую тебе в ней ездить без свинцовых трусиков, можно потерять радость жизни. Машина, наверное, излучает как боеголовка СС-20.

– Ага, понятно. – Катя разочарованно убрала руку Алешина со своего колена. – Завидуешь, значит?

– Кому? – Денис опять положил свою руку на то же место. – Медленно умирающему водителю черной «Волги», который смотрит радиоактивный видеомагнитофон и спит на чернобыльских пуховых подушках? Вот уж нет.

– Значит, тому, что Сурков со мной.

– А он и не с тобой.

– Слушай, откуда ты все знаешь? – Теперь Катя взяла руку Алешина в свою и крепко сжала. – Ты что, нами интересовался?

– Нет, я про вас кино смотрел. Документальное.

– Да? Как интересно.

Она цокнула языком и кисло улыбнулась:

– Куришь, кореец?

– Балуюсь…

– Кури, кури. Можешь здесь. Сигареты есть?

– В куртке.

– Понятно.

Катя приподнялась на подлокотниках:

– Леня, Неелов… Поди сюда.

От экрана оторвался здоровяк с туповатой, но лукавой физиономией, подошел, подергивая затекшими ногами, и навис над девушкой:

– Что прикажете-с?

– Не паясничай. Дай вон Денисику закурить.

– Прошу-с. – Леня протянул пачку лицензионного «Мальборо», пряча под ладонью русскую надпись «Минздрав СССР предупреждает: курение опасно для вашего здоровья».

Алешин взял галантно выдвинутую сигаретку и выжидательно уставился на здоровяка.

– У мужчины всегда должны быть с собой спички и другие элементы джентльменского набора.

– Ну, значит, я не настоящий мужчина, а игрушечный. – Алешин, прикуривая, усмехнулся. Дениса взбесил этот туповатый парень, который, казалось, уже был готов распространяться о чем-то важном, распирающем его изнутри.