Медитации на мысли Василия Розанова. том 2

Тут, в конце концов, та тайна (граничащая с безумием), что я сам с собой говорю: настолько постоянно и внимательно и страстно, что вообще, кроме этого, ничего не слышу. «Вихрь вокруг», дымит из меня и около меня, – и ничего не видно, никто не видит меня, «мы с миром незнакомы». В самом деле, дымящаяся головешка (часто в детстве вытаскивал из печи) – похожа на меня: ее совсем не видно, не видно щипцов, которыми ее держишь. И Господь держит меня щипцами. «Господь надымил мною в мире».

Может быть.

(ночь).»

    Василий Васильевич Розанов

    «Опавшие листья.

Короб первый»

Надымил Господь Всемудрый – мною в мире —

Я – точно – в бане – оголился нагишом —

Иль с хмельным народом – речь веду

в трактире —

А всем приятно слушать – сладко – хорошо!

Медитация 336

«Рождаемость не есть ли тоже выговариваемость себя миру…

Молчаливые люди и не литературные народы и не имеют других

слов к миру, как через детей.

Подняв новорожденного на руки, молодая мать может сказать:

«Вот мой пророческий глагол».

»

    Василий Васильевич Розанов

    «Опавшие листья. Короб первый»

Вот мой – пророческий глагол —

Рожденье – Слово – обратившееся к миру —

У Древа Жизни – вечный ствол —

Подобьем божьим распростерт одним пунктиром!

Медитация 337

«…«мое влияние» было бы в расширении души человеческой, в том, что «дышит всем» душа, что она «вбирает в себя все». Что душа была бы нежнее, чтобы у нее было больше ухо, больше ноздри. Я хочу, чтобы люди «все цветы нюхали»…

И – больше, в сущности, ничего не хочу:

И царства ею сокрушатся,

И всем мирам она грозит

(о смерти).

Если – так, то что остается человеку, что остается

бедному человеку, как не нюхать цветы в поле.

Понюхал. Умер. И – могила.»

11 июля 1912.

    Василий Васильевич Розанов

    «Опавшие листья. Короб первый»

Цветок понюхал – умер – и могила —

Тебя – невидимым бессмертьем – окрылит —

По полю бродишь – здесь – с тоскливой миной —

Имея с Богом – очень чудный вид!

Медитация 338

«С рождением Христа, с воссиянием Евангелия все плоды земные вдруг стали горьки.

Во Христе прогорк мир, и именно от Его сладости. Как только вы вкусите сладчайшего, неслыханного, подлинно небесного – так вы потеряли вкус к обыкновенному хлебу. Кто же после ананасов схватится за картофель. Это есть свойство вообще идеализма, идеального, могущественного. Великая красота делает нас безвкусными к обыкновенному.