Жила-была девочка

Правда, прежде чем попасть туда, я должна терпеливо ждать в машине пока дедушка сходит на почту, в общество ветеранов, в «Хозтовары» и туда, где выдают красные газовые баллоны с белой надписью Пропан, для печки на летней кухне. Это всё тянется бесконечно долго, но зато потом в отделе игрушек мне обязательно что-то покупается: кукольная посудка или больничка или, если повезёт, новая кукла с пушистыми ресницами. Собственно из-за этих ресниц, дедушка и отказывается покупать мне кукол. Почему-то, я никогда не могу удержаться, чтобы не остричь эти блестящие ниточки ножницами.

А потом заодно стригу и волосы, удивляясь, что у всех кукол они растут пучками.

– Сколько их у тебя на чердаке, и все стриженые, как солдаты, – качает дедушка головой. И достаёт кошелёк. Я радуюсь, обещаю, что больше не буду заниматься парикмахерским делом, и в том момент, действительно верю сама себе.

Мой дедушка очень добрый. По Прохоровке мы всегда ходим с большими авоськами покупок. А потом ещё полтора часа ждём электричку, и в машине пахнет свежим хлебом, которым забита белая сумка на заднем сиденье.

Эту сумку бабушка сшила из мешка, а ручки обшила широкой синей тесьмой, которую нам привозят родственники из Харькова. Из этой же тесьмы я делаю кофточки пупсикам.

Я обожаю момент прихода электрички: дедушка смотрит на свои наручные часы и торжественно сообщает:

– Пора.

Пока он замыкает машину, я бегу на перрон.

– Электричка, следующая до станции Ржава, прибывает на первый путь второй платформы, – раздаётся громкий, с эхом, голос невидимой тёти.

После этого минуты идут очень медленно. И вот, наконец, из-за поворота появляется зелёная морда состава.

– Тудух-тудух, – говорит электричка, и обдувает нас ветром. Мы с дедушкой скользим взглядом по мелькающим мимо нас окнам. Вон она, мама, в красной блузке выглядывает из окошка и едет в сторону моста.

– Протянууул, – тоже протяжно констатирует дедушка.

И я бегу в ту сторону, куда вагон «протянул» мою маму.

– Ш-ш-ш, – открываются двери тамбуров и оттуда высыпаются люди. Вон тётя Тоня – Анькина мама. Вон дядя Серёжа, он живёт около магазина. А вон и моя мамочка, самая – самая красивая.

– Приняли, – объявляет мама в машине, – еле добилась, так что, ты тоже осенью идёшь в первый класс.

Я заметила, что моя мама всегда бьётся. Что-то выбивает, чего-то добивается. Конечно, это хорошая новость, но я с большим удовольствием пошла бы в «нашу» школу.