Последние из Валуа

– Если так будет продолжаться…

– То вскоре от вас вообще ничего не останется.

– Я распадусь на кусочки! Это будет ужасно!

– Это будет чудовищно! Так вы говорите, что мэтр Амбруаз Паре…

– Не знает лекарства от этой болезни. Да, оно ему не известно.

– Что ж, дорогой граф, раз уж даже личный врач короля не знает, у меня на примете есть один знакомый доктор, который вам поможет.

– Гм!

– Да. Момент, возможно, не самый подходящий, чтобы распространяться на эту тему – в праздничный вечер, посреди бала, – но, если это вас утешит, мой дорогой Лоренцано, завтра, в доме д'Аджасета, я сведу вас с этим доктором, который если и не вернет вам утраченное, по крайней мере, сделает так, чтобы вы больше ничего не теряли, – я за это ручаюсь.

– Ах! Альбрицци! Альбрицци! Вы мой спаситель!

В порыве признательности граф Лоренцано нежно прижал маркиза к своей груди, не заметив, что от этого прикосновения тот внезапно сделался белее привидения.

Но это заметил д'Аджасет и поспешил вмешаться:

– Полноте! Полноте, господа! Довольно заниматься болезнями; оркестр подает сигнал к третьему бранлю.

Пойдемте пригласим наших дам.

– Да-да! – воскликнул Лоренцано. – Пойдемте пригласим наших дам. На этот раз я танцую с мадемуазель Дайель, самой красивой из фрейлин госпожи Екатерины. Договорились, Альбрицци, завтра вы представите меня вашему врачу, и – заранее спасибо!

Граф, едва ли не бегом, удалился.

Наклонившись к д'Аджасету, Альбрицци глухо промолвил:

– Благодарю вас, мой друг, за то, что вырвали меня из этих грязных объятий.

Еще секунда – и я бы уже не владел собой! Лишив себя радости насладиться последствиями мести, которую для него придумал Зигомала, я бы собственноручно удавил этого подлого убийцу моей сестры!

Глава XII. Где читатель вновь видит трех персонажей, о которых, вероятно, еще не забыл. – О докторе, который, вылечив тело, излечивает и душу

Полагаем, мы не ошибемся, предположив, что читателю не терпится узнать, что сталось с Бланш де Ла Мюр, обворожительной невестой Филиппа де Гастина, а именно – избежала ли она, как и он, каким-то чудом смерти.

Возможно, уважаемый читатель полагает даже, что мы несколько затянули с возвращением к этой теме.

Не стоит на нас слишком за это сердиться: писатель не всегда поступает так, как ему хочется, когда приступает к рассказу об одной из тех величайших исторических драм, которые изобилуют всякого рода событиями.