Последние из Валуа

 – Нельзя ли потише выражать вашу печаль, сударыни? Поверьте, я очень сожалею о случившемся несчастии и рад бы поправить беду, но что же делать, если воскрешение мертвых – не в моей власти? Потише, пожалуйста!.. Позвольте теперь объяснить причину моего столь внезапного здесь появления: четырнадцать месяцев назад, я был жестоко оскорблен бароном де Ла Мюром и некоторыми из вас, господа; я тогда поклялся отомстить вам при первом же удобном случае! Ну вот, этот случай представился! Между тем я не так черен, каким кажусь с первого взгляда, и хочу доказать это, предложив вам такие условия, которые не будут слишком обременительны для вас.

К тому же мне следует быть предельно осторожным: госпожа Екатерина Медичи уже не благоволит ко мне по-прежнему, а совершенно лишиться ее милости я не считаю выгодным… Однако я вижу, что моя длинная речь истощает ваше терпение, и потому постараюсь объясниться в двух словах: я заплатил за вход сюда тысячу экю, назначаю выкуп в такую же сумму за каждого из вас. Вам эта цифра кажется слишком большой, господа?

– Нет! Нет! – в едином порыве воскликнули пленники, в сердцах которых вновь затеплилась надежда на спасение.

Промолчали лишь барон де Ла Мюр и граф де Гастин, которые поняли, что под этим предложением скрывается нечто иное.

– Так вы согласны на это условие? – продолжал господин де Бомон. – Что ж, тысяча экю с каждого из вас составят двадцать четыре тысячи, которые барон де Ла Мюр потрудится выдать мне сполна немедленно; вы можете рассчитаться с ним позже.

Барон де Ла Мюр горько улыбнулся; они с Филиппом не ошиблись, решив, что дез Адре просто насмехается.

– Вам отлично известно, – промолвил он, – что я не имею наличными такой суммы.

Дез Адре сердито топнул ногой, изобразив разочарование.

– Полноте! Как же так? – воскликнул он. – Думаешь, что дело уж кончено, а между тем ошибаешься… Неужели, дорогой барон, вы не имеете…

– Один лишь король в состоянии, быть может, распоряжаться такой суммой.

– Быть может? Да, вы правы. Говорят, финансы его величества пребывают не в самом цветущем состоянии… Дьявол!.

. Но так как, господа, я никогда не кредитую, то вынужден предложить вам нечто другое. Мы сильно скучаем в последнее время, а потому было бы совсем не дурно поразвлечься обществом ваших прелестных жен и дочерей, пока вы не внесете мне всей назначенной суммы… вам и не нужно будет спешить… Ну-ка, Ла Кош и Сент-Эгрев, выбирайте. Я, со своей стороны, беру себе эту прехорошенькую малышку, графиню де Гастин.