Сглаз

А редкие на то время представители сильной половины человечества, обходили её стороной. Потому что, хозяйка, старшая сестра была никудышная, умом и красотой тоже не блистала, доброта ей была не присуща, а силищи в ней было, как в хорошем мужике. Пережитые годы войны, сказались на Вере не лучшим образом. Она экономила на всём, несмотря на то, что получала достаточно хорошо. Помимо основной работы, Вера хваталась за сверхурочные, калымила вечерами, а также и в выходные у частников. Семье же она никогда не помогала.

– В кого уж ты такая жадная, Вера. – Не раз говорила ей мать. – Всех денег всё равно не заработаешь.

– Нечего меня учить, я уже взрослая. Как хочу, так и живу. Вот так.

– Это были любимые Верины слова, и других, по мнению Поли, она и не знала.

Вера попрощалась с Полей без огорчения, по– быстрому, даже чая не предложив для приличия, и, сославшись на то, что у неё ещё много дел, выпроводила младшую сестру из своей комнаты. Т. е. показала себя, как обычно, «во всей красе».

– Вот и попрощались. – Тихо сказала Поля. – Наверное, боялась, что я у неё денег попрошу на дорогу.

– Не сердись ты на неё, – пыталась сгладить «напутствие» старшей дочери мать. – Ну что делать, если Бог ей ума не дал, только и остаётся её пожалеть.

– Нет, мама, я на Верин чай и не рассчитывала, – усмехнулась Поля. – Просто вроде, как и не родная сестра, чужие люди порой ближе родных. – Но, заметив грусть в глазах матери, тут, же добавила. – Но у меня есть ты, мама, а у тебя есть я.

Для Поли это были не просто слова, ведь она запомнила на всю жизнь подслушанный разговор, и была благодарна матери, что та не отказалась от неё.

Мать проводила любимую дочь на поезд, не выдержала и всплакнула перед расставанием. А ведь казалось, что сердце после всего пережитого окаменело, и плакать она уже не умеет. Поля успокаивала мать, хотя, и у самой глаза были на мокром месте. Если честно, то она никогда до этого не видела плачущую мать, казалось, что ничто не может выдавить с неё слезу.

– Мама, ты чего, не надо не плачь. – Говорила она взволновано. – Всё будет хорошо, ты приедешь ко мне, и мы с тобой не будем больше расставаться. Не плачь, а то я тоже разревусь.

– Ладно, доченька, ты береги себя, не забывай, пиши, – мать проглотила предательские слёзы и добавила, – Помни, что у тебя есть я, если, не дай Бог, что случится, я всегда приду к тебе на помощь и буду с тобой рядом.