Жара

Один из источников утверждал, что Максимилиан якобы очень четко озвучил свое мнение – что, мол, для него совершенно недостаточно было одних только экономических улучшений. Что ему нужны были улучшения и другого плана, а вряд ли этого там следовало ожидать. И что у него времени, чтобы ждать, когда все это, может быть – гипотетически, – и улучшится кардинально, а не только экономически, нет, и что жизнь коротка, и что жить ему нужно сейчас, а не когда-то потом.

В глобальном плане тоже имелись причины, побуждавшие его к принятию столь радикального решения.

Властями все настойчивее стал выдвигаться постулат «наш исключительный мир! наше неповторимое общество! наши уникальные ценности!!!». Такое вот противопоставление в планетарном масштабе. Выходило так, что весь остальной мир, равно как и все остальные ценности, вроде как становились чужими, неправильными и ненужными. С подспудной мыслью, что могут быть и враждебными. Не означало ли это, что от большей части того замечательного багажа, что накопило человечество, в какой-то момент заставят отказаться? Максимилиан говорил, что не совсем был готов к такому повороту в своей жизни. И это тоже было одним из аргументов в принятии им окончательного решения.

Вообще-то он даже и курьезные случаи о своей стране рассказывал. Что там, в обычном среднем городе, где он проживал до переезда в столицу, всего один ресторан был, два кафе и так называемая гостиница. Ходить некуда. То есть кофе ты должен дома потреблять, а значит, и общения никакого не прослеживалось.

И город их как-то странно назывался – «Радостный» в переводе на наш язык, или «Счастливый», или «Благолепный» – источники страшно почему-то путались, но это неважно, потому что, в сущности, это практически одно и то же. И потом, страшно подумать: ни одного борделя в телефонном справочнике найти невозможно было! На что тот мужчина, которому Максимилиан сообщал эти подробности, вначале страшно возмутился, потом пришел в невероятно расстроенное состояние, затем его охватили жалостливые чувства по отношению к страждущим на той стороне озера, и он беспрестанно повторял: «Ну, разве ж это жизнь? И как же так можно над людьми издеваться?!» В итоге все дело закончилось тем, что у бедолаги хватило сердце и пришлось вызывать скорую. После этого случая Максимилиан пришел к выводу, что не все из жизни его страны можно и нужно рассказывать счастливым представителям местного населения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».