Абидосская невеста

Увы! Зачем она —

Прекрасная – злодеям предана!

В их сердце месть; их повести печальны,

Как стон любви, как поцелуй прощальный.

II

Собрав диван, Яфар седой

Сидел угрюмо. Вкруг стояли

Рабы готовою толпой

И стражей быть и мчаться в бой.

Но думы мрачные летали

Над престарелою главой.

И по обычаям Востока,

Хотя поклонники пророка

Скрывают хитро от очей

Порывы бурные страстей —

Все, кроме спеси их надменной;

Но взоры пасмурны, смущенны

Являли всем, что втайне он

Каким-то горем угнетен.

III

«Оставьте нас!» – Идут толпою. —

«Гаруна верного ко мне!»

И вот, Яфар наедине

Остался с сыном. – Пред пашою

Араб стоит: – «Гарун! Скорей

Иди за дочерью моей

И приведи ко мне с собою;

Но пережди, чтоб внешний двор

Толпа военных миновала:

Беда тому, чей узрит взор

Ее лицо без покрывала!

Судьба Зулейки решена;

Но ты ни слова; пусть она

Свой жребий от меня узнает».

«Что мне паша повелевает,

Исполню я».

Меж властелина и рабов.

И вот уж к башне отдаленной

Начальник евнухов бежит.

Тогда с покорностью смиренной

Взяв ласковый и нежный вид,

Умильно сын к отцу подходит

И, поклонясь, младой Селим

С пашою грозным речь заводит,

С почтеньем стоя перед ним.

«Ты гневен, но чужой виною,

Отец! Сестры не упрекай,

Рабыни черной не карай…

Виновен я перед тобою.

Сегодня раннею зарей

Так солнце весело играло,

Такою светлою красой

Поля и волны озаряло,

Мой сон невольно от очей

Бежал; но грусть меня смущала,

Что тайных чувств души моей

Ничья душа не разделяла;

Я перервал Зулейки сон, —

И как замки сторожевые

Доступны мне в часы ночные,

То мимо усыпленных жен

Тихонько в сад мы убежали, —

И рощи, волны, небеса

Как бы для нас цвели, сияли,

И мнилось: наша их краса.

Мы день бы целый были рады

Вдаваться сладостным мечтам,

Межнуна сказки, песни Сади

Еще милей казались нам, —

Как вещий грохот барабана

Мне вдруг напомнил час дивана, —

И во дворец являюсь я:

К тебе мой долг меня приводит.

Но и теперь сестра моя —

Задумчива – по рощам бродит.

О, не гневись! Толпа рабов

Гарем всечасно охраняет,

И в тихий мрак твоих садов

Лукавый взор не проникает».

IV

«О сын рабы!» – паша вскричал:

«Напрасно я надеждой льстился,

Чтоб ты с годами возмужал.