«Ты – женщина и этим ты права». Антология Александра Боброва

Теперь – один, забыт тобою,

Чрез много роковых годов,

Брожу с убитою душою

Опять у этих берегов.

И та же мысль приходит снова —

И на обрыве я стою,

Но волны не грозят сурово,

А манят в глубину свою…

«Как ты кротка, как ты послушна…»

Как ты кротка, как ты послушна,

Ты рада быть его рабой,

Но он внимает равнодушно,

Уныл и холоден душой.

А прежде… помнишь? Молода,

Горда, надменна и прекрасна,

Ты им играла самовластно,

Но он любил, любил тогда!

Так солнце осени – без туч

Стоит, не грея, на лазури,

А летом и сквозь сумрак бури

Бросает животворный луч…

Алексей Жемчужников (1821–1908)

«Странно! Мы почти незнакомы…»

Странно! Мы почти незнакомы —

Слова два при встречах и поклон…

А ты знаешь ли? К тебе влекомый

Сердцем, полным сладостной истомы, —

Чем спасусь от этой я напасти?.

Так своей покорна ты судьбе,

Так в тебе над сердцем много власти…

Я ж, безумный, думать о тебе

Не могу без боли и без страсти…

Аполлон Майков (1821–1897)

Купальщицы

(Мелодия с берегов Ганга)

Люблю тебя, месяц, когда озаряешь

Толпу шаловливых красавиц, идущих

С ночного купанья домой!

Прекрасен ты, воздух, неся издалека

С венков их роскошных волну аромата,

Их нам возвещая приход.

Прекрасно ты, море, когда твою свежесть

Я слышу у них на груди и ланитах,

И в черных, тяжелых косах…

Аполлон Григорьев (1822–1864)

«Благословение да будет над тобою…»

Благословение да будет над тобою,

Хранительный покров святых небесных сил,

Останься навсегда той чистою звездою,

Которой луч мне мрак душевный осветил.

А я сознал уже правдивость приговора,

Произнесенного карающей судьбой

Над бурной жизнию, не чуждою укора, —

Под правосудный меч склонился головой.

Разумен строгий суд, и вопли бесполезны,

Я стар, как грех, а ты, как радость, молода,

Я долго проходил все развращенья бездны,

А ты еще светла, и жизнь твоя чиста.

Суд рока праведный душа предузнавала,

Недаром встреч с тобой боялся я искать:

Я должен был бежать, бежать еще сначала,

Привычке вырасти болезненной не дать.

Но я любил тебя… Твоею чистотою

Из праха поднятый, с тобой был чист и свят,

Как только может быть с любимою сестрою

К бесстрастной нежности привыкший с детства

брат.