Загадки творчества Булата Окуджавы: глазами внимательного читателя

Окуджава вводит лирического героя, представленного местоимением «мы», – это друзья и единомышленники, – и «нам» уготована общая судьба еще и потому, что «мы» современники и наша жизнь конечна. Окуджава соединяет тему времени с темой судьбы поколения, не рисуя никаких радостных перспектив для своих современников, а читатели сами знают и помнят, какая судьба выпала на долю поколения Окуджавы. При этом Окуджава ничего об этом поколении не говорит – кроме того, что «мы» получили всего «сполна», тогда как Ап. Григорьев в «Дружеской песне» уделяет много внимания целям жизни для «нас», а традиция говорить в студенческой песне от имени друзей идет еще из песен вагантов:

Вечной истины исканье,

Благо целого созданья —

Да живут у нас в сердцах.

…………………………………

…………………………………

Разливать на миллионы

Правды свет и свет закона —

Наш божественный удел[23 - Григорьев А. Стихотворения и поэмы. М.; Л. 1966. С. 330–331.].

Григорьев считал себя последним из «скитающихся» поэтов и свои воспоминания назвал «Мои литературные и нравственные скитальчества».

Влияние Григорьева на Окуджаву не ограничивается приведенными выше стихами. Григорьев продолжил в русской поэзии традицию пения стихов под аккомпанемент струнного инструмента, уходящую вглубь веков, и прославился как создатель стихов, исполняемых под гитару, поэтому его роль в формировании Окуджавы как поющего поэта особенно велика.

Можно предположить, что отсутствие в песне какой-либо конкретной программы вкупе с намеком на кару за неназванные дела связывают эту песню с пушкинским стихотворением «Во глубине сибирских руд…», в котором тоже ничего не говорится о вине адресатов с их «дум высоким стремленьем».

Касаясь образной стороны первых двух строк второй строфы, отметим, что оборот «получить сполна» встречается в русской поэзии весьма часто. Например, у Пушкина «Оброк сполна ты получишь вскоре»[24 - Пушкин А. Сказка о попе и о работнике его Балде /Пушкин А. Полн. собр. соч. в 10 тт. М. 1957. Т. 4. С. 421.] или совсем точное совпадение «Блага все даны сполна…»[25 - Павлова К.

Три души // Павлова К. Стихотворения. М. 1985. С. 159.] у К. Павловой; а разъяснение в песне «всего, что дано сполна» как «и горести и смех» встречается у Брюсова, где «их горести и смех»[26 - Брюсов В. Сонет о поэте // Русский сонет: XVIII – начало XX века. М. 1983. С. 557.].

Источником третьей и четвертой строк второго четверостишия является строка из Екклесиаста «одна участь всем»[27 - Екклесиаст. Гл. 2.