Штрихами по воде наискосок

Я смеяться буду, с грустью,

выдаваемой глазами.

Только пальцы тихо хрустнут.

Кто я?.. Догадайтесь сами.

Нет – совсем не Буратино.

Просто вечный мальчик Миша.

Нарисована картина.

Балаганчик. Кто-то вышел.

Только света луч прорезал

черноту диагонально.

Словно ниткой, тонким срезом

к небу тянутся желанья.

Чувство выпало из сотни,

слово выпало из тысяч,

словно тень у подворотни

я его пытаюсь высечь.

Вертит рукоять шарманщик.

Песня плачет и шаманит…

Я не врун.

Шут, танцующий в тумане.

    8 мая 2008 года

Щавелевые щи

– I —

Моя муза носит очки

(незначительный минус)

и длинные волосы.

А я, признаюсь вам, – сдвинулся.

Я почти умираю

от её голоса.

Она

невысокого роста

и худощавая.

Она лучше всех готовит

щи из щавеля.

Свою собаку она

называет Авелем.

И это правильно,

что она

считает меня сумасшедшим…

Привет всем подошедшим.

* * *

Мою музу зовут Алёна.

Она живёт в центральном районе

нашего города.

А я

отпустил бороду.

Небольшую.

Уже лет как пятнадцать.

И я рад стараться

уколоть при случае

в щечку.

Я всякий раз ищу щёлочку

в её серьёзности.

(Есть у меня и другие особенности.

Улыбка… и отсутствие собранности).

* * *

Иногда мне почти удаётся…

Но всегда остаётся

поле

для новых попыток.

И это совсем не пытка.

Кстати

и Алёна не жалеет напитка

своего поцелуя,

хотя не часто балует…

и это правильно.

Ведь поцелуи – отравлены

моей нерешительностью.

Отчасти она простительна.

Но…

длительность ожидания становится ощутимей.

Как ветер.

* * *

Алёна без сомнения светит

(в университете, и на работе).

И её совсем не заботит такая солнечность,

как и соло на флейте,

к ужину…

Она просто простужена.

А я как будто контуженный:

сперва с рождения, а потом и ею.

Я, по правде сказать, шизею.

И не от взгляда и вздоха —

от шороха.

От бровей над очками.

И всполохи

затмевают и взгляд, и сознание,

и так уже мающееся скачками,

что прибавляется к моим странностям

в вечернем свете.

(Спрашивается – куда же больше,

А всё туда же).

Я припрячу, пожалуй, пряности.

Я обожаю щавель, и не переношу

петрушку и спаржу…

– II —

Я спрятал Алёнины очки, и она

идёт и щурится.

Ей кажется,

что на неё смотрит вся улица.

Улица,

может, и смотрит.

Что мне она.