Заветными тропами

А друзей я помню, тем более, что их у меня совсем мало.

– Ну ты же помнишь синьора Эррико из Аргентины?

– Да, конечно.

– Я его друг, а значит и твой. Я вижу, ты испытываешь некоторые затруднения финансового плана?

Луиджи проследил за взглядом незнакомца и пошире раскинул шелковый шарф. Под шарфом у него была только старая замызганная жилетка.

– Бывает, – резко бросил он, – это временно. Я отдыхаю.

– Послушай, возьми пока немного денег на первое время, – незнакомец достал из кармана сюртука сверток и положил на стол перед собой, – считай, что это помощь от братьев по делу, – заговорщицки прошептал он.

Луиджи удивленно потянулся к свертку. Незнакомец положил на него руку.

– Ты верен нашему делу, Луиджи?

– Конечно, синьор…, как ваше имя?

– Зови меня синьор Антонио…

– Конечно, синьор Антонио, я верю в победу идеалов анархизма! – чересчур горячо воскликнул Луиджи, тихонько выдирая из-под пальцев незнакомца заветный пакет.

– Отлично. Это только начало.

Ты нужен нам для великих дел. И скоро мы победим, и вновь Италия будет свободна от короля и притесняющих нас государственников. Итак, ты готов для важного дела?

– Да, синьор Антонио.

– Я знаю, ты хочешь прожить жизнь не зря? Ты хочешь остаться в сердцах благодарных людей? Ты хочешь, чтобы тебя несли на руках, как национального и мирового героя?

– Да, да…, – Луиджи залпом выпил стакан «Кьянти» – «Это судьба, господь услышал меня!» – подумал он в тумане опьянения.

– Луиджи, тогда слушай и запоминай.

Ты должен уехать из Италии и устроиться в Швейцарии. Пойдешь работать плотником в Женеве к синьору Плеханову. Он русский, я уже предупредил его письмом. Там же будешь получать деньги. Наша главная цель – обезвредить узурпаторов. В Женеве они частые гости. Сам ничего не предпринимай, мы найдем тебя и вместе сделаем главное дело.

– Я и сам могу… надо убить – убью. Надо калечить – покалечу. Я сам! Я буду великим, как Герострат, и спляшу тарантеллу на обломках храма принуждения и государства!

– Тише, тише, Луиджи… Вот билет на поезд до Женевы.

Завтра утром. Иди, Луиджи, иди… я заплачу за ужин.

Луиджи шаткой походкой направился к выходу, подошел к парапету. Внизу черной полосой текла Арно, отражая в себе тусклые огни Золотого моста.

«А может, в воду – и дело с концом, – подумал Луиджи, – нет, не нужно, глупо, бессмысленно. В Женеву!» – и придерживаясь за парапет, он пошагал в темноту набережной.