Дебютная постановка. Том 1

Как можно было не найти третий труп? Вот как?! Конечно, сначала стали говорить, мол, отец убил сына и жену, сбежал, потом раскаялся, вернулся домой и сам повесился уже после того, как опера второй раз дом осмотрели. Но судебно-медицинская экспертиза сделала совершенно однозначный вывод: человек не сам повесился, а был убит, причем давность наступления смерти точно такая же, как у мальчика и женщины. И никакие разговоры о том, что во время первых двух осмотров третьего трупа в доме не было, уже не проходили.

Звучало, конечно, чудовищно.

Петру трудно было в такое поверить.

– Неужели правда?

– Если мне не верите – посмотрите документальный фильм об этом деле. Я не хочу сказать, что все сыщики в те времена так работали, это было бы неправдой. Но то, что были и такие сотрудники, которые на пятидесяти квадратных метрах не находили тело повешенного, тоже факт. Просто не забывайте об этом, когда будем говорить о деле Астахова. Началось все летом шестьдесят шестого, в июне…

Июнь 1966 года

Михаил Губанов

В квартире было тихо, никаких запахов еды.

– Проспали, что ли? – проворчала Нина и прямо с порога закричала: – Колька, Лариса, пора вставать!

Пока Михаил аккуратно закрывал дверь, девушка проскочила в комнату, и сразу же послышался ее возмущенный голосок:

– Ларка! Хорош дрыхнуть, всем на работу надо, давай завтракать.

В ответ донеслось сонное и тягучее:

– Да иди ты…

Через несколько минут Лариса в халате выползла на кухню. Лицо припухшее, недовольное.

– А где мой высокородный братец? – спросил Михаил.

– Вчера на дачу укатил, а сегодня прямо оттуда на службу, – зевая объяснила Лариса. – Продукты отвозил.

– А ты чего, – не отставал Миша, – не поехала с ним? Опять со своими поэтами хвостом крутила?

Лариса тряхнула головой, отбрасывая упавшие на лицо спутанные темные волосы, посмотрела сердито.

– Не хвостом крутила, а слушала хорошие стихи. Куда тебе до настоящей поэзии… Ты в литературе вообще не разбираешься. Нин, чайник поставь.

– Да поставила уже, – буркнула Нина, которая резала белый батон и докторскую колбасу, не дожидаясь указаний жены старшего брата.

 – Ничего, кроме бутербродов, уже не успеем. Хоть бы предупредила с вечера, что идешь на свою гулянку, мы бы сами позавтракали, на тебя не надеялись бы. Безответственная ты, Ларка!

– Ой, можно подумать, ты очень ответственная, – вяло протянула Лариса.

Она выдвинула из-под стола табуретку, уселась, достала из кармана мятую пачку «Родопи» и закурила.