Выйти замуж за Микки Мауса

– А с Марьванной что не поделили? – не обращая на него внимания, спросил Сашка. – Почто старушку – божий одуванчик – обидела?

– Этот одуванчик сам кого хошь обидит. Говорю же, слова лишнего ей не сказала. День сегодня такой… – чуть дрогнул у неё голос.

– Вот в это верится с трудом, чтобы ты и ничего не сказала, – разулыбался Рыжий, – небось…

– Саня, хватит пургу молоть! – перебил его Ромка. – Не видишь Златка ёрзает, места себе не находит… Ты что, плакала?! – обратил он внимание на её припухшие веки, когда она сняла, протирая, очки.

 – Что случилось, выкладывай?

– Да, собственно, всё, чем дядя Рубик пугал, то и случилось, – мрачно ответила Златка и полезла в рюкзачок.

Она достала помятый оловянный портсигар с выдавленным на крышке крестом в дубовых листьях, открыла, вынула из него старинную жёлтую монету, на лицевой стороне которой несколько столетий так и не стёрли воина в доспехах и шлеме, с мечом в правой руке и пучком стрел в левой.

Хорошее качество монеты лишь безобразила неровно пробитая дырка, из-за которой было непонятно, в тысяча семьсот каком году её выпустили.

– Это что? – спросила, протягивая ладошку.

– Злата, – Рыжий недоумённо смотрел на монету, – это же твой «арапчик»… Ты зачем его приволокла?

– А это тогда что?! – она открыла вторую ладошку, и друзья, ахнув, увидели там точно такой же золотой дукат, с точно такой же дыркой, скрывающей год выпуска.

– Откуда он у тебя, – начал было Ромка, но, догадавшись, осёкся и снова ахнул: – Вартанян… дядя Рубик умер?!

Златка отрицательно покачала головой, глядя куда-то в сторону.

– Он не умер… – завернув обе монеты в замшевый лоскут, она уложила их в портсигар, спокойно смахнув чёлку с глаз. – Его убили.

Она встала и, подойдя к борту, широко раскинула руки, ловя «низовку», довольно сильный западный ветер, что дул с Азовского моря против течения, нагоняя воду в Дон:

– А ведь так хочется стать белой чайкой… Парить навстречу морскому ветру… И срать на всё.

Срать. На всё…

Дядя Рубик

«Каменные лица Ростова»

Саля-молекула, меня зовут Злата

Я не ношу стринги. Не по-пацански это как-то, не по-христиански. Ещё я втайне от себя пишу стихи, правда, иногда по пьяни их рассказываю, и рисую влюблённых девочек.