Факультет

Благо, по московским меркам совсем недалеко: сначала минут десять до маршрутки, потом (если не будет пробки) – двадцать минут до станции «Первомайская», потом – до «Бауманской» – еще четверть часа, а там уже и рукой подать – через двадцать минут будешь в аудитории.

В общем, добираться недолго – час с коротким хвостиком, и особенно приятно, что Кириллу предстоит учиться в главном здании, а оно к метро ближе всего. В университете было множество факультетов, но он поступил на один из самых престижных: «Радиоэлектроники и лазерной техники» (РЛ), на кафедру «Приборостроение и оптотехника» (РЛ-2), а эта кафедра располагалась как раз в главном здании, причем, совсем недалеко от входа – не нужно бежать еще минут десять до своей аудитории, петляя по многочисленным длинным коридорам.

Бауманский университет был гигантским, мощнейшим ВУЗом страны, и его корпуса отличались монументальностью. Каждый раз, будучи еще школьником, проезжая по набережной Яузы вместе с родителями, Кирилл зачарованно смотрел, как мимо проплывает грандиозная башня университета, по сравнению с которой даже огромные чугунные (или медные) фигуры, установленные над центральным входом, казались крошечными и были почти не видны.

«Семеро непьющих» – именно под таким названием они вошли в словарь студентов-бауманцев, хотя самих статуй было только шесть. Но в парадоксальности мышления обитателей «Ракетного колледжа на Яузе», как когда-то в годы СССР называли Бауманку на Западе, никто не сомневался.

Кирилл помнил, как отец говорил ему: «Смотри, сын – если будешь хорошо учиться, поступишь сюда, мозги у тебя светлые – не хуже, чем у всех остальных! У тебя в семье на папу с мамой приходится пять высших образований, так что есть в кого идти!»

И Кирилл пошел. Для начала его устроили в «Еврейку» – так на местном жаргоне называлась школа номер 444 в Измайлово с углубленным изучением физики, информатики и математики. Попасть туда означало сделать первый шаг к жизненному успеху, который (кто бы там что ни говорил) на 80 % зависит от мозгов.

Кириллу повезло – его родители отлично понимали, что компьютеры и компьютерные игрушки никуда не убегут, а время, когда можно и нужно учиться, и когда дети впитываю все новое, как губка воду, безвозвратно уходит с каждым днем. Поэтому они просто отстранили его от мониторов в любом виде, нагружая чтением, спортом и даже рисованием. Не говоря об уроках, которых было выше головы.