Шотландская любовь по-французски

 – Ненормальная, что ли?

– Очень даже нормальная, – следователь выругался. – Мужик, которого она обвиняла в изнасиловании, терял голову: все факты против него, к тому же твоя разлюбезная Катенька…

– Какая она мне разлюбезная? – огрызнулся Сергей.

– …ну-ну, то ты за неё горой стоишь, то от своих слов отказываешься, – следователь лукаво прищурился. – В общем, твоя разлюбезнейшая представляла еще справки медэкспертизы, в том числе и спермы, прикинь! Так что мужику впору было собирать вещички, чтоб по этапу идти в места не столь отдалённые.

Но Бурняева, – он снова усмехнулся и восхищенно цокнул языком, – вдруг звонила ему и предлагала: я, мол, забираю своё заявление, а ты платишь мне за доставленное удовольствие энную сумму. И «насильнику» ничего иного не оставалось, как откупиться от неё.

– А, вот как! – вымолвил поражённый Сергей. – Значит, она не только со мной так поступила?

– Лохов хватает, – уклончиво ответил следователь. – Теперь ты должен написать заявление. Мошенница обязана сидеть в тюрьме.

– Подождите, – Сергей покрутил головой, – я ничего не понимаю… Как же так? Неужели она такая умелая актриса? Всё было по-настоящему…

– Ну, Бурняевой не привыкать по-настоящему трахаться, – следователь добавил ещё пару нецензурных выражений и скривился, будто лимон съел. – И вообще, парень, я тебе скажу: любая женщина – актриса, некоторые очень талантливые, другие – будто из погорелого театра сбежали, но тоже что-то такое выдумывают, чтобы нам, мужикам, жизнь скучной не казалась, но есть такие уникумы, просто супер, для которых вся жизнь – театр.

Вот они-то и разыгрывают самые интересные пьесы, адреналинчик в кровь мужичкам впрыскивают. Катерина из числа этих стерв. И ведь если пораскинуть мозгами, то она в чём-то даже и права: охотников оттянуть красивую деваху много, типа: «Наше дело не рожать – кинул, вынул и бежать», знаешь такую поговорку? – он неприятно хохотнул. – Вот она и скумекала, как в свою очередь оттянуть таких щекотунов.

– Поверить не могу, – покачал головой Сергей.

 – Неужели?

– Извини, брат, но ты какой-то…, – следователь замолчал, подбирая нужное определение, но, в конце концов, махнул рукой и вздохнул: Молодой ещё, видно. Думай, что хочешь. Мне от тебя заявление нужно получить.

– Хорошо, – сказал Сергей. – Я подумаю.

– А что думать-то? Вон бумага, ручку сейчас дам, садись за тот столик и пиши, – следователь кивнул на пустой стол у окна.

– Мне нужно с мыслями собраться, – Сергей встал.