Осколки

Как только степенная фигура Жерара, напоминавшая Ольге русских деревенских мужиков с их неспешным укладом жизни, появлялась у Раженских в доме, сама атмосфера сразу наполнялась спокойствием и добродушием. Дирен часами мог говорить о вине. Его разговоры и размышления заставили Ольгу сначала с юмором, а потом и всерьез заинтересоваться происходящим. Сергей был рад такому повороту событий. С грустью смотрел он, как Ольга потчевала Жерара чаем и блинами, которые не доверяла готовить прислуге, и как Жерар деловито кашлял после каждого горячего глотка и разводил руками в восторге от блинов с малиновым вареньем.

Ольга, юная Ольга, девочка с заплаканными глазами, превратилась за эти годы в прекрасную молодую женщину. Лишь в глазах ее, если очень присмотреться, можно было уловить тень печали, которую невозможно изгнать и пережить.

Поездки Сергея в Париж были обусловлены делами. Как правило, он уезжал перед сбором урожая и еще раз весной, когда в Париже устанавливалась определенная квота производства вина для множества производителей, работающих как на внутренний рынок, так и на внешний.

Оставляя сестру, Сергей всегда чувствовал угрызения совести. Сколько раз он обещал взять ее с собой и никогда не выполнял обещанное. Ольга не обижалась и в последнее время даже не говорила об этом. Но Сергей чувствовал ее невысказанную просьбу. И вновь он твердил про себя на перроне вокзала в Туре, куда из Ле-Блана добирался на машине, что в следующий раз все будет иначе и сестра сможет поехать с ним.

– Приглядите за сестрой.

 – Сергей пожал руку Жерара. – Я постараюсь задержаться не очень долго.

– Обязательно. – Жерар достал из жилетки часы, сверил их с вокзальными. – Не забудьте про пресса, мсье, а о сестре не беспокойтесь. Не впервой.

Сергей кивнул.

Подали поезд. Народ оживился. Толпа, растянутая по перрону, зашевелилась. Сергей поспешил к своему вагону.

В купе находились два человека. Сергей извинился, что его появление прервало их беседу, разложил свой небольшой багаж и уселся у окна.

Раздался гудок, пассажиров качнуло, поезд тронулся.

– Еще часа два-три и мы будем в Орлеане. Поезд там стоит пятнадцать минут, этого времени вполне хватит, чтобы выйти и купить газеты. – Один из пассажиров встал, протянул руку к полке над головой Сергея и взял несколько газет трехдневной давности. – Вы не возражаете, мсье?

– Пожалуйста. Вы русские? – Полуутвердительный вопрос Сергея застал врасплох его соседей по купе. Он поспешил добавить: – Я тоже.