Девиант. Недетское чтиво

Который вошёл в момент моего рождения в седьмой Дом, прервав гармонию небесных сфер и наделив меня волшебной силой. Холерик – Скорпион – Огненный Дракон – вот уникальная телеметрия мятежного характера, сказала им она. Чем напугала даже тех, кто мне симпатизировал.

Как со мной быть было не ясно: спорт меня не берет, а детская каторга, как ни крути, запрещена даже у нас. Рецептов на чудо-колёса типа риталина для особо выёбистой мелюзги у нас тогда не давали, а единственным средством профилактики всех детских недугов разом была отцовская пиздюлина, выдаваемая и вовсе безо всякого рецепта.

Столь наглядная диалектика побудила меня скрыть оскал духовного поиска под шкурой смирения, которая плющила меня как железная дева Набиса, и все чаще искать упокоения в мире, где никуда бежать не надо, а двигались лишь мои фантазии [конец записи]

Очнулся я, когда за окном догорала вечерняя заря. Окрашенные закатом едва колышутся занавески, шум улиц здесь почти не слышен – всё тихо, спокойно и торжественно.

А на столике у кресла меня ожидала книжка карманного формата, упакованная в простую коричневую бумагу. Джонатан Фоер, «Полная иллюминация». С коротким текстом на форзаце:

Алёша,

Фоер классный, как и ты.

Пиши больше. И никогда не взрослей.

С днём рожденья! Мила.

Превозмогая острое желание все сжечь, я сгреб в охапку белье и потащился в ванную комнату, где загрузив в машину, долго сидел на крышке унитаза с книгой в руках в восхитительном состоянии внутренней пустоты, уперев бессмысленный взор в гипнотически вращающийся барабан.

Глава III. Позавчера

А знакомо ли тебе, Чеширский Кот, роскошное ощущение сонливости, сопутствующее пробуждению в летнее утро, когда воздух наполнен пением птиц, живительный ветерок веет в раскрытое окно, а ты, лежа с полуприкрытыми глазами, видишь, словно все еще во сне, лениво покачивающиеся зеленые веточки, поверхность воды, покрытую золотой рябью? Ах, поверь мне, Котик, это блаженство, граничащее с глубокой тоской, блаженство, наполняющее глаза слезами, словно прекрасная картина или стихотворение[1 - Анджей Сапковский, «Золотой полдень»]…

– знакомый до боли голос в уютном обрамлении шороха виниловой пластинки подцепил сознание и аккуратно потянул на поверхность.