Записки офисной крысы

Второй директор продержался еще три года и уехал отсюда с гордо поднятой головой прямо в трехэтажный особняк с видом на залив. Анатолю достались пустые склады и разжиревшие кладовщики. На предприятии торжествовал парадокс, когда у директора была более дешевая машина, чем те, на которых ездили кладовщики.

Анатолю ничего не оставалось, как украсть джип. Кладовщики тут же ответили двумя «фольксвагенами». Анатоль завел себе золотой браслет граммов на сто. Кладовщики стали шушукаться в каптерке, строя планы мести.

Сложилась революционная ситуация, из которой бывший истопник вышел с честью, уволив всю стаю кладовщиков вместе с грузчиками. Новое поколение, заселившее каптерку, хотя и воспитывалось Анатолем в строгости и воздержании, подержанными иномарками через пару месяцев все же обзавелось.

Короче говоря, война велась не на жизнь, а на смерть. О ягодниках все давно и думать забыли. И похищенный еще при его предшественнике котел стоял у Анатоля, как кол в горле, не давая развернуться и упрочить победу.

Вот и сейчас он бродит по директорскому кабинету в томлении духа.

– Здрасьте, Анатолий Степанович, – приветствую я его.

Анатоль вздрагивает и опасливо косится на Ларса и Эрика. Толстая тетка в углу – очередная аудиторша, нарывшая кучу компромата, закуривает длинную сигарету и шепчется о чем-то с Борей Лыжниковым, личным представителем концерна Ларса в России.

За последние несколько месяцев Борино чувство справедливости обострилось катастрофически.

Во всех бедах совместного проекта он склонен винить наш холдинг и лично директора, который сидит тут же и разговаривает по телефону. А ведь еще полгода назад Боря раболепно бегал к Вениамину Львовичу на поклон. Теперь Боря роется в бумагах аудиторши и сокрушенно цокает языком.

Директор кладет трубку и приглашает всех к столу.

– Брат Вениамин! – архаически (это обращение осталось у шведов с прежних романтических времен) произносит Ларе. – Как могло так получиться, что вы заложили имущество нашей совместной фирмы в трех банках одновременно?

Я перевожу, а аудиторша, стряхивая пепел в гостевую – шеф не курит, и у него аллергия на табачный дым – пепельницу, поднимает бровь и гневно сверкает глазами.

Боря ерзает на стуле. Это он, видать, подковал шведов насчет результатов аудита.

– Брат Ларе? – хмыкает директор.

Он не совсем понимает проблему. Анатоль смотрит на него преданными глазами.