Переходный момент

А лицо его излучало хитрейшее лукавство. Дескать, мужик мужика понимает. Дело молодое. Отчего Максим, уловив такое выражение его мудрейше-очкастой физиономии, еще больше раздражался. Ладно девчонка к нему привязалась, да еще этот фантазирует себе всякую ерунду.

– Эх, молодешшш…, – прошипел Аким Петрович и удалился из купе…

Максим быстро повернулся к девушке:

– Зачем Вам это? Кто Вы?

– А так ли важно? – пожала плечами она, – Просто помоги мне…

– Почему я? Почему не он, например? – Максим кивнул в сторону удалившегося соседа.

Девушка удивленно на него посмотрела и тихо рассмеялась:

– А надо, чтобы он?… Ты мне показался надежным…

– Надежным?… Или простачком?

Но то, что девушка назвала его надежным, Максиму, чего скрывать, пришлось по душе. Приподняло его в собственных глазах. ПОВЫСИЛО. Как мужчину у которого просят помощи (ИМЕННО У НЕГО),которому можно ДОВЕРИТЬСЯ, который и есть ТОТ САМЫЙ защитник слабых и угнетенных…

Про «Простачка» девушка ничего не прокомментировала.

– А сколько хоть лет, Вам? – поинтересовался Максим.

Девчонка загадочно улыбнулась. То ли от того, что обдумывала в каком масштабе соврать, то ли от того, что Максим (довольно симпатичный молодой парень) обращался к ней на «Вы». Как к взрослой, интересной, уважающей себя даме.

– Да что Вы все время смеетесь? По-вашему, я несу всякую чушь? Не хотите – не говорите… Я и так вижу, что ВАМ до ВАШЕГО совершеннолетия предстоит еще пройти…

– Да. Мне нет восемнадцати, – перебила его девушка, – не все ли равно сколько именно мне лет? В, конце концов, у дамы про возраст неприлично спрашивать… А улыбалась я от твоего разговорного стиля.

– В каких это кругах? – насторожился Максим. «Уж не малолетняя преступница, часом?»

– Неважно… В таких… А зовут меня… скажем… Маруся.

– Почему Маруся? – озадаченно спросил Максим, сбитый с толку резкими поворотами диалога у девчонки, хотя хотел спросить: «Почему это СКАЖЕМ Маруся?»

– Потому что так назвали! – весело ответила она и звонко расхохоталась.

– Тише! – осек ее Максим, – ночь на дворе…

– Ну да! На дворе! Конечно на ДВОРЕ! – продолжала хохотать Маруся.

– Ну в поезде, – раздраженно поправился Максим, – и все же это поезд едет сквозь ночь, а не ночь в нем…

– Значит просто: Тихо! Наступила ночь!

– Да прекратите Вы хохотать!

…Тут вернулся сосед Аким Петрович.