Разочарованный (Thnks Fr Th Mmrs)

 – Если ты о нашей «дружеской» беседе…

– Ты мне не дал даже слова сказать! Может, я хотела с ним познакомиться? – продолжала на повышенных тонах девушка.

– Ты что, совсем сумасшедшая?! С ним же трахается все, что движется!

Разумеется, Романовой даром не был нужен ведущий, но ругаться с Марком ей пришлось по душе и невероятно понравилось. Сразу накатил прилив энергии, и эмоции переливались через край.

– Слушай, то ты под педрилку косишь со своим: «макияж – то, а грим – это», – девушка красноречиво жестикулировала, – то пытаешься изобразить из себя альфа-самца.

– Shut up[14 - Shut up – заткнись (англ.)], молоденькая самка, – сначала Марк невольно улыбнулся, но затем посерьезнел. – Понимаешь, когда твоя мать работает гримером в театре, а потом стилистом в захудалом салоне, то сложно не знать элементарного! Если ты красишь хуже, то в этом совершенно нет моей вины, – парень опустил топор рукояткой вниз, прижал рукоять к своей ноге и сдернул капюшон. Прежде Ева не могла представить себе ссоры с Зильберштейном.

Теперь ей стало немного не по себе, особенно учитывая тот факт, что, как-никак, но у него был с собой топор, а парень был очень зол. Хорошо, что он не подумал тоже самое, что и Ева, – может, проблема на самом деле в тебе?

– Так вот почему ты не захотел красить ногти черным лаком, – попыталась пошутить Ева, но попытка оказалась неудачной.

Эта был их самый первый серьезный конфликт. Таковых было немного, но, к сожалению, в будущем они были и не раз.

– Да пошла ты на хер, Ева! – отчаянно крикнул чуть ли не на весь зал Марк, и пришедшие посмотрели на ссорившихся подростков. Сделав несколько глубоких вдохов, он успокоился и продолжил: – Я уже давно пожалел, что перешел в ваш класс. Я рассчитывал, что хотя бы ты будешь вменяемой, менее стереотипной, но, увы, я ошибался. Auf Wiedersehen[15 - Auf Wiedersehen – до свидания (нем.)], – махнув рукой, выдержано попрощался Зильберштейн и поспешил удалиться из зала.

Марк выскочил как ошпаренный из здания и уселся на крыльце школы.

Ему было начхать на холод и то, что он может простудиться и заболеть – это последнее, о чем он мог подумать в те минуты. Его бесило все вокруг: люди, место, атмосфера – он всем сердцем ненавидел эту проклятую постановку, в которой ему приходилось играть роль. Машинально потянулся за пачкой сигарет, в которой лежала и красная зажигалка Cricket с колесиком.

Тем временем Ева увядала в одиночестве.