Избранный

Я хоть в политике не шибко разбираюсь, но могу представить, сколько денег под выборы вбухивают. И кому я, простой докторишка, нужен, что б меня на вершину государственной власти тащить? Бабки в меня сумасшедшие вкладывать?

– Это не твоя забота. Есть люди, – туманно пояснил Минусов. – Твоё дело меня во всём слушаться, а там – кабинет в Государственной Думе, кабинет здесь, в родном городе, в Доме Советов, персональная секретарша, помощники, автомобиль «ауди» с личным шофёром, зарплата министерская.

– Но почему я?! – представив мгновенно нарисованную Минусовым картину грядущей жизни, в отчаянье от накатившего вдруг соблазна воскликнул Корнев.

– Мне нужен человек, обладающий набором определённых качеств, и я выбрал тебя. Ты – избранный.

– Понял, – послушно кивнул доктор, а потом с пьяной непоследовательностью мотнул упрямо головой. – Хотя почему всё-таки я – не понял!

– Харизма у тебя есть, вот почему! – со значением поднял указательный палец политтехнолог.

– А что такое… харизма? – с некоторой обидой даже вскинулся Корнев. – Морда, что ли, подходящая? Или характер?

– Харизма – это особое качество личности, – без запинки выдал, словно по памяти цитировал, Минусов. – Окружающие оценивают такую личность, как одарённую от природы особыми свойствами, способную эффективно влиять на других. Тут всё важно: и внешность, и походка, и речь…

– И всё это у меня есть?

– Нет, конечно.

– И народ за меня проголосует? – недоверчиво переспросил Корнев.

– А вот давай сыграем с тобой в одну игру! – предложил вдруг Минусов. – Я буду называть предмет, а ты – его цвет. Готов? Погнали! Молоко.

– Э-э… белое, – после секундного замешательства ответил доктор.

– Сметана?

– Белая.

– Иней?

– Белый.

– Холодильник?

– Белый.

– Кровь?

– Белая.

– Какая? – расплылся в улыбке политтехнолог.

– Бел… Тьфу ты, чёрт! Красная. Конечно же красная!

– Вот видишь, – назидательно подытожил Минусов, – даже ты, врач, хирург, и то купился. Поговорка «чёрного кобеля не отмоешь до бела» устарела. Моя задача – не отмывать пса, а заставить поверить окружающих в то, что он – белый. Тем более, что в случае с тобой, Геннадий Михайлович, задача значительно упрощается. Ты у нас и так вон какой положительный – врач, жизни людские спасаешь.