Подиум судьбы

На территории Лувра уже был сооружен объемный шатер, в середине он был разгорожен плотным трехцветным занавесом. За этим занавесом находилась большая сцена, посередине которой стоял танк, который, по замыслу устроителей, должен был двигаться взад-вперед. Судя по всему, он играл роль центра притяжения для моделей. Вся внутренняя поверхность шатра была утыкана лампочками и миниатюрными бутылками с этикетками «Russian vodka». В кадках около подиума, отгороженного не очень высокой Кремлевской стеной, высились березки, которые сначала мы приняли за настоящие.

Эстер и Мирабелла, однако, умудрились потрогать листья и определить, что это всего лишь искусная подделка! А выглядело в целом очень здорово!

Когда занавес поднимался, звучала самая разнообразная музыка для шоу – от классики до рока, а модели церемонно выходили на подиум! И я тоже!

Сегодня мы репетировали наш первый показ. Нам предоставили красивые платья от самых модных дизайнеров. А также обещали демонстрацию русских мехов. Хотя Леся намекала, что насчет мехов может не получиться – постараются зоозащитники.

Но я просто обожаю шубы!

Говорят, что некоторые вещи потом разрешат оставить себе. Надеюсь, мне достанется шуба. Вот будет удача!

День был сумасшедшим, не выходы, а какие-то гонки, сплошные фальстарты, кричали по-русски, по-английски, по-французски… Наша Моника перекрикивала всех!

Декорации подводной лодки сделаны отвратительно, за ними ничего не видно, и приходится все время быть начеку, чтобы не упасть и, конечно, ходить как полагается и держать нужное выражение лица!

И зачем, зачем здесь понадобился поддельный танк?

Эстер постоянно ноет, что ей хочется спать и есть.

«А мне не хочется?» – огрызнулась я на очередную ее жалобу.

Да, за пять часов у нас был только один перерыв, у пары столиков стояли человек пятьдесят, и какие-то французские вьетнамки разливали в пластиковые одноразовые стаканчики чай, кофе и соки, раздавая мармелад и M&Ms. По-моему, ради этого ехать в Париж не стоило.

Правда, в целом все стильно и эстетично.

До вечера как-то продержались. Хорошо, отвезли в кафе, сами бы не дошли. Дальше – провал в памяти до самого утра. А затем началось.

Сразу как-то напрягло выражение: «Ту сё пасра бьен!» Потом Леся объяснила, что это было пожелание удачи: мол, все будет хорошо! А мы-то подумали… Особенно Мирабелла. Она аж дернулась.

После полудня такое было! На первой же репетиции самого главного показа вдруг появился… Кен.