Босиком до небес. роман-трилогия

Будем внимательными, – сказал Керим, – если повезёт, то скоро мы с тобой, Хасан, увидим другой народ и их земли.

– Да скорее бы. Хочу твоей сестрёнке подарок принести. Я взял несколько курительных трубок из орехового дерева с собой, обменяем на их изделия, – сказал Хасан.

– Ты запасливый и предусмотрительнее меня. У тебя даже свой кинжал есть, – сказал вздыхая Керим другу.

– У тебя другие преимущества Керим, ты знаешь несколько языков.

– Да, отец обучил меня с детства языкам, и даже немного знаю грузинский.

– К сожалению, твой отец Салих может посчитать тебя как сына без уважения к нему, потому что ты ослушался его предостережений никуда не выходить из дома несколько дней.

– Велика моя благодарность мудрости отца, дарованная ему Аллахом, но ты же знаешь – я не мог иначе. Я дал тебе слово, дорогу знал только я. Потом объясню ему, что медведь часто стал появляться в ближних наших горах и за диким луком я не мог моего лучшего друга отпустить одного.

– Хорошо, – сказал Хасан, – но нужно будет из леса принести собранный дикий лук и другие плоды.

– Есть у меня хорошее место на примете, где обильно всё произрастает, – ответил Керим.

Друзья много говорили о родных, о своих мечтах и обо всём, что знали про жизнь. Незаметно пролетело время, и они уже шагали по каменистой дороге, которая очевидно часто служит для коней и нагруженных повозок.

– Наверное, это селение много больше нашего. Есть дорога из леса, а может оно настолько большое, что мы и представить себе не можем, – предположил Хасан.

Увлеченные новыми открытиями и желанием увидеть другой народ, друзья ускорились и совсем забыли об осторожности.

– Нужно перекусить. Дорога идёт вниз по обрывистым уступам, – сказал Хасан.

Керим принял благодарно кусок лаваша и сыра. С каким-то упоением он ел в этот раз, и чувство сердечных воспоминаний нахлынули на него Отец, сестра, мама – все предстали в его сознании, и ему стало грустно и стыдно перед отцом, оттого что он ему не сказал, куда они направились с Хасаном.

– Дружба – это честь, – подумал Керим, он не мог оставить брата одного в этом походе.

Вдруг раздался голос на незнакомом языке для Хасана. И они с Керимом увидели пожилого горца в одежде, отличающейся от стиля их народа.