Заглянуть в бездну. Сфера 3

Шли по обозначенному ранее маршруту и к концу дня подошли к скальному сбросу. Спустились по ранее навешенным веревкам на огромный ледник и решили стать на ночевку. Поставили палатки, приготовили на примусах ужин и, поев, забрались в спальники. Лежа в пуховом спальнике, Виктор быстро согрелся, но сон не приходил, он чувствовал смутную тревогу. Промучившись с час, тихо вылез наружу. Было холодно и безветренно. Небо было чистым от облаков, взглянув вверх, он перестал замечать что-либо, завороженный мириадами сверкающих звезд.

Виктора всегда поражала безграничность космоса, его сияющая холодная красота.

– Любуешься бездной?! – услышал он голос Гурова за спиной.

– Удивляюсь, или восторгаюсь! Не знаю, как правильно выразиться! – с непонятной грустью сказал Виктор. – Такая красота, такая мощь, бесконечность пространства и времени! Как тут можно быть равнодушным!

– А если в это самое мгновение на тебя оттуда, из бездны, кто-то смотрит, и смотрит отнюдь не доброжелательным взглядом?

– Не верю я в злобных инопланетян! – отмахнулся Виктор.

 – Смотри, какое великолепие, какое безграничье! Там всем найдется место! Если кто и смотрит, то с удивлением, что себе подобные существа не могут найти общего языка! – Они надолго замолчали, не отрывая глаз от неба…

Утром группа продолжила движение по леднику, который должен вывести их к перевалу, а не к вершине, но Виктор перестал удивляться сюрпризам.

Гуров понимал его недоумение, но ничего не объяснял.

Они прошли половину пути, и уже можно было рассмотреть шпили башен какого-то строения, как начались сложности. Один из носильщиков поняв, куда они идут, в ужасе сбросил тюк, упал на колени и горестно завопив, отказался идти, то же сделал второй. Никакие уговоры на них не действовали и, подумав, Гуров приказал носильщикам возвращаться и дожидаться основную группу в лагере. Проводников била мелкая дрожь, в глазах метался страх, они бормотали какие-то заклинания, но о возвращении речи пока не заводили.

Дальнейший путь группа продолжила всемером.

Виктор с Гуровым первыми вошли на территорию монастыря, непохожего ни на один, из, когда либо ими виденных, а потом что-то произошло и память разделилась надвое. До сих пор он не мог понять, не мог отделить реальность от фантазии. Ужасной в своем кошмаре фантазии.