Повесть твоего сердца. Автобиографическая мистификация

Но стремление рассказать кому-нибудь об удивительном портрете оказалось нестерпимым, и, недолго думая, Художник решился написать Андрюшке письмо, ещё не придумав, каким образом умудрится доставить его адресату.

Около полудня он завершил своё послание маленькому «тушканчику». Устало зевнув, он тяжело опустился на край дивана. Бессонная ночь и долгие часы труда истощили его силы. Художник ещё раз поднял глаза на Аврору, и ему на мгновение померещилось, будто её взгляд обращён в другую сторону. Но, не в силах больше бороться с одолевавшим его сном, он отвернулся к стене и моментально расстался со всеми мыслями.

Ночной голос

А под маской было звёздно,

Улыбалась чья-то повесть,

Короталась тихо ночь.

И задумчивая совесть,

Тихо плавая над бездной,

Уносила время прочь.

    Александр Блок

– Здравствуй, Художник!

Словно сквозь сон донёсся до него тихий мягкий голос. Казалось, кошка вкрадчиво мурлыкала возле его уха. Разомкнув веки, Художник поймал на себе взгляд пары мерцавших глаз.

Вскоре начав привыкать к темноте, он различил очертания силуэта девушки, сидящей у него в изголовье.

– Аврора… – прошептал растерявшийся Художник.

Ответом ему был слабый смех.

– Да, это я, – откликнулся тот же голос.

Художник услышал, как чиркнула спичка. Огонёк заплясал перед ним и осветил лицо девушки. Он узнал её. То же благородство, та же грация, то же величие, та же таинственность, что сквозили на портрете, теперь отражались в отблеске вспыхнувшей свечи.

– Что ты здесь делаешь, ты же не живая, – пробормотал Художник.

– Пока что да, но в твоих силах исправить это.

Девушка поставила свечу на тумбочку возле дивана и неторопливо стала прохаживаться по комнате.

– Я плод твоего воображения, хотя это меня не вполне устраивает. Но придётся с этим смириться. В конце концов, если бы не ты, меня бы не было. Надо отдать тебе должное: ты создал меня красавицей!

Художник следил глазами за её плавной походкой, стараясь не упустить ни одного движения.

Она перемещалась осторожно, будто леопард на охоте. Каждый шаг претендовал на шедевр. Он любовался ею. Он наслаждался тембром её голоса, в то время как его разум отказывался осознавать смысл потока слов.

– Как ты можешь говорить со мной? Ты ведь портрет. Как ты сама выразилась, ты существуешь лишь в моей фантазии. Или… я снова вижу сон?

– Нет, на сей раз ты не спишь и не грезишь.

Аврора присела обратно на край дивана.