Я люблю свою работу?

Строю из себя само равнодушие и скрываю взгляд от Терехова, потому что боковым зрением замечаю, как он продолжает смотреть на меня. Когда же, наконец, закончатся эти переговоры и мы уберемся из этого отвратительного места? Сколько еще будут длиться мои мучения?

Вскоре Терехову надоедает треп бывшего однокурсника (или его утомило смотреть на меня?) и он встает с места:

– Прошу меня извинить, но вынужден удалиться. Господин Кузнецов продолжит встречу.

Он обменивается рукопожатием с Рябиновым и одаряет меня пронзительным взглядом, после которого хочется провалиться на нижний этаж подземной парковки.

Мы вернулись в офис к четырем. Рябинов сиял, как лампа дневного света, и это раздражало. Конечно, во время ланча я пела ему дифирамбы, хотя с большей радостью всадила бы вилку в его ногу. Впервые за долгое время сидела на встрече, как мебель, улыбаясь клиентам – он даже слова не дал мне вставить. Да и зачем – ведь Феофан – его приятель!

Увидев меня, Оля и Лидочка отворачиваются друг от друга, и, создавая вид бурной деятельности, принимаются стучать по клавиатуре.

– Договор уже отнесли на визу юристам, – деловито произносит Оля, не отрываясь от монитора. – Как все прошло?

– Отлично. Их генеральный оказался однокурсником Вити, – взяв себя в руки, я произношу это с восторгом.

– Можно подумать, ты об этом не знала, – ехидно замечает Лидочка. – Специально ведь его с собой потащила!

Что ж, это лучше – чем ничего.

Пусть все думают так – хоть в чем-то будет моя заслуга, когда Рябинов будет почивать на лаврах.

– Не удивлена, – Аня вздохнула. – То есть план на февраль мы выполнили?

– Смогу точно сказать, когда они переведут деньги, – снимаю пальто.

– Маш! – к моему столу подбегает запыхавшийся Рязанов. – Клиент уже здесь. Пойдем?

Вздрагиваю от внезапного звонка мобильного телефона. На экране высвечивается фотография мама в обнимку с Альфи – ее любимым созданием и, по совместительству, мопсом.

Мама обожает этого четвероногого дьявола, чем Альфи неизменно пользуется, тем самым еще больше раздражая папа.

Выключаю звук и возвращаюсь к работе: отчет за январь еще не готов, а понедельник уже близко. Вообще-то ежемесячный отчет – функционал Лидочки, но она последнюю неделю так занята соблазнением Рязанова, что времени на выполнение должностных обязанностей совсем не хватает.