Другая дверь

Однако тот ничего не заметил и продолжал:

– Только вот сдуру купил как-то на рынке целую связку ручек от «Жигулей», дешёвые, удобные в руке и мне как раз по росту, однако они всё время отламываются… Две уже выкинул, ещё несколько осталось…

– Означает ли это, – напряжённо спросил Слава, – что вы сами ни разу ещё ни в прошлое, ни в будущее не путешествовали?

Федерико поднял глаза от чашки, несколько секунд разглядывал своего прапрадеда.

– Ну да, – сказал он после этого, – раз ручка снаружи, значит, я управляю, а не перемещаюсь.

А раз эта всё время ломается, то, вроде, выходит, мне это ни разу и не удалось… Однако это не так, на короткое время я перемещался. Вдруг всё темнеет вокруг и ты, судя по часам, оказываешься на полчаса раньше… Тут ещё трудность, чтобы меня в этот момент дома не было, а то получится петля времени, а её не расхлебаешь…

– И как же вы потом совпадаете? – хотя Прохоров очень, просто жгуче, хотел спросить про другое, но пока задал этот вопрос.

– Не знаю… – честно признался праправнук. – Может, я из того времени исчезаю, когда подхожу к дверям квартиры, может, ещё как-то это происходит… Вы хотели что-то другое спросить, я вижу…

В другое время Слава бы изумился странному сочетанию тонкой чуткости и всепонимания, которые демонстрировал Горностаефф, с тем, что он каких-то простых вещей не замечал и не чувствовал.

Но сейчас его раздирало возмущение, так что ничего тонкого и полускрытого он сам не замечал.

И возмущение это, наконец, прорвалось наружу:

– Значит, вы на полчаса, а меня на недоделанной машине – на сто лет, так получается?

15

Встал утром Прохоров с головной болью от недосыпа, но… с хорошим настроением. Первое легко, хотя с каждым прожитым годом всё труднее и труднее, побеждалось таблеткой обезболивающего, душем и крепким кофе, со вторым было сложнее.

Слава и любил, и не любил одновременно состояние такого драйва, которое у него было в это утро.

Любил понятно почему – как-то так Бог устроил человека, что ему важно и нужно хотя бы изредка вставать на лыжи и с бешеной скоростью спускаться с горы. Дело даже не в том, к чему это приводит – удачной сделке, выпеченному сложнейшему кулинарному изделию или законченной книге, это всё важно. Но важней, почему-то не результат, а процесс, адреналин в крови, уверенность в своих силах, готовность к любым неожиданностям.