Чернильная девушка

Николас Вебер вызывал в писателе противоречивое чувство – дуэт страха и первобытного любопытства, желания узнать, что прячет за душой этот явно опасный, но от этого не менее интересный человек.

– Люблю это место. В нем есть сила, – сказал продюсер.

– Да, очень красивое место.

– Именно поэтому я и построил здесь свой ресторан.

– Меня зовут Денис Леваев.

– Я узнал вас, Денис. Рад знакомству. Я смотрел видеозапись с вашей последней презентации, бегло просмотрел пару книг и почувствовал в вас хороший потенциал, особенную творческую силу.

Не простое желание зарабатывать, а тягу к власти над умами людей, искреннее желание вести их за собой великой силой человеческой мысли.

– И как вы это поняли?

– У меня есть определенный опыт. Мои статус и положение обязуют смотреть дальше, чем многие привыкли, подмечать мелочи, за совокупностью которых прячется благоприятная возможность извлечь пользу. Вы меня понимаете?

– Если честно, не совсем…

– Вы можете больше чем думаете, Денис.

Вот, что я имею в виду. В вас чувствуется жгучая обида на мир и желание запечатлеть себя в истории. И то и другое может сыграть нам на руку…

– Сейчас я работаю над манифестом духовно слепому индивидуалисту.

Николас Вебер стал всматриваться в Дениса своими холодными синими глазами. И без того чуть кривой рот продюсера тронула одобрительная ухмылка и он жестом предложил Денису пройти в ближайшую дверь. Когда они зашли в кабинет управляющего рестораном, Николас заговорил снова:

– Nigra in candida vertere.

– Точнее не скажешь.

– Если вы не справитесь, то добьетесь обратного эффекта.

– Не совсем вас понимаю.

– Вы можете обратить внимание читателя на то, на что его обращать не в ваших интересах. Если, конечно, вы и дальше хотите, чтобы книги, вроде вашего «Доктора за ширмой» также хорошо покупали, а в кинотеатрах крутили похожее кино. Понимаете, моя работа во многом состоит в том, чтобы внушить потенциальному потребителю, что он свободен в выборе того, что ему покупать, читать или смотреть.

Он не должен догадаться, что давно стал частью отлаженной системы и дрыгается как рыбка на крючке. Он не должен знать о специальных медиа технологиях, которые играют на его желаниях и страхах, как на музыкальном инструменте, заставляя делать то, что нужно нам. Я хочу вам признаться, Денис. Я обожаю таких людей – усредненных, тихих и полезных, не утруждающих себя критическим осмыслением жизни. Они мои герои.