Рассказы

Первым признаком неблагополучия явилось исчезновение столь привычной для нас, широкой улыбки шефа. Она испарилась к концу первой недели. Переступая по утрам порог своего заведения, он не обнаруживал за столиками ни единого посетителя. Улыбку вначале сменило удивление, затем – недоумение, а потом, как и следовало ожидать, недовольство, очень скоро перешедшее в откровенную злобу. Хозяин стал раздражительным и с подозрением относиться ко всему, выискивая, к чему бы придраться.

Оленька, тонко подмечающая и улавливающая любые перемены в настроении своего возлюбленного, как могла, старалась смягчить удары, наносимые коварной судьбой.

Вдобавок ко всему, она также внесла свои кровные сбережения, а потому являлась полноправным компаньоном, с мнением которого необходимо считаться. Однако, если раньше, любые её предложения по улучшению работы кафе, воспринимались как оригинальные, смелые и новаторские, то теперь она предпочитала десять раз обдумать, прежде чем открыть свой рот.

Меня, Сергей предпочитал избегать, чтобы лишний раз не замечать в моих глазах укора. Коротко бросив взгляд на кухню, он весело здоровался со мною и, перекинувшись парой-тройкой дежурных фраз, убегал в свой небольшой кабинет, где они с Олей долго о чем-то шушукались, изредка выползая из своего логова на обед или на чашечку эспрессо.

За первые две недели через барную стойку прошло не более сотни посетителей. В среднем, выходило порядка семи клиентов в сутки. Причем, в основном, это были «дневные» покупатели.

Охранник же, каждый вечер, в 19—00 исправно заступал на смену. Добросовестно отсидев пять часов и получив свои честно заработанные деньги, он довольный уходя восвояси.

Поэтому, никого особо не удивило, когда к концу второй недели от его услуг вежливо отказались.

Следующей жертвой пали повара.

– Чего это вы, тут, толпитесь на проходе – даже протиснуться невозможно?! – раздраженно бросил Сергей Николаевич, войдя на кухню к концу третьей недели.

Наутро он зазвал меня в свой кабинет.

– Пожалуй, ты был прав: поваров, что-то, чересчур многовато… – и перейдя на шёпот: – Слушай, может, поработаешь один, а? Временно, пока не раскрутимся. Я тебя не обижу, ты ведь, меня знаешь?

Ещё бы! Сережу я, конечно же, знал давно, а потому лишь неопределенно пожал плечами…

Аппетит, как известно, приходит во время еды.

Эти наглые и самодовольные официантки давно уже раздражали Олю.