И в целом мире одиноки мы

На старенькой «Ниве» подъехал Валентин Гаврилович, оставляя за собой клубы дорожной пыли.

– Зачем пожаловал, дед? – спросил фермер, выходя из машины.

– О, Гаврилыч, вот ты где, а я смотрю-смотрю и не вижу тебя во дворе, – ответил дед Арсений.

– Да где же мне прохлаждаться, дед! Жара вон какая, поливом надо заниматься, да ворон гонять, а не то арбузы с дынями не уродятся. Тогда совсем разорюсь.

– Это хорошо, что тебя застал. Хотел рассказать, что у нас тут твориться-то в деревне.

– Эх, дед. У нас много чего творится в деревне.

На все рассказы ушей не хватит. Да и времени у меня нет. Приехал пообедать да за работу опять.

– Да я немного скажу тебе, Гаврилыч. А кому ещё рассказывать как не тебе.

– Дед, может, до вечера потерпят рассказы твои? Люди у меня наёмные на поле сейчас обедают и отдыхают. Если задержусь, то и работа вся встанет. Они ведь без меня не начнут.

– Валентин, да постой ты, – просил дед. – Пять минут, выслушай.

– Эх, дед, что ж с тобой поделаешь, давай свой рассказ, да побыстрей.

Не затягивай, – и фермер сел на лавку. И дед, опять же кряхтя, уселся рядом.

– Слышал уж, наверно, про кражи-то в деревне, скот воруют.

– Да, слышал. Частенько уж стали воровать. Я в своём дворе и собак завёл, у каждого забора по будке. И фонари во дворе у меня по ночам горят. Ежели что случится, то собаки почуют, загавкают. И по свету воры не полезут, я думаю.

– Это хорошо ты придумал, Гаврилыч. К тебе, може, и не полезут воры, а вот к пожилым людям лезут.

– Опять шо ли у кого чего украли?

– Да, опять украли.

На сей раз у бабы Любавы покрали всё. И корову увели, и курей своровали. Оставили бабку помирать голодной смертью. Вот и не выдержала старая, – вздохнул дед Арсений.

– А ты почём знаешь, что украли? И как это не выдержала? Померла что ль?

– Да с утра слух по деревне пошёл, что у Любы украли животину. Вот я и решил навестить старую, поговорить с нею. У меня у самого свинью мою, Фроську, месяц назад своровали. Так я чуть было сердцем не тронулся.

Два дня лежал, да переживал сильно, да давлением мучился. А у неё вон чего! Почти всю животинушку увели. Да чего там! Коровы, куры… Даже кошку с котятами, и то убили! Вот, окаянные!

– Да с чего ты взял-то, дед? Что кошку убили? Она тебе рассказала? Может, у них мор кошачий?

– Да не, Гаврилыч. Правду тебе говорю. Истинную. Зашёл к ней во двор, а она мёртвая лежит. В сарае своём. И кошка мёртвая, и котята привязаны к булыжнику да в ведре потоплены.